Она подняла голову и коротко кивнула.

— Отлично. Как я уже сказал, я знаю, что сейчас у тебя в голове полный хаос. Но пойми одну простую вещь. Сейчас за тобой никто не гонится. Никто тебя не преследует. Для тебя нет никакой угрозы. Я об этом договорился, понимаешь? Всё, что тебе нужно сделать — это отдохнуть, дождаться, когда Князь добудет для тебя документы и решить, чего именно ты хочешь для себя дальше. Всё.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем ты это делаешь? После того, что я натворила…

— После того, что приказывал тебе делать Андрей, — перебил я её, но, кажется, подействовали мои слова слабо.

— Но я же…

— Оля, — перебил я. — Хватит. Прекрати, пожалуйста.

Я подошёл к кровати и сел рядом с ней.

— Послушай меня. Я знаю, как работает мой дар. Как работал дар Андрея. Он не оставляет тебе выбора. Не даёт места для раздумий. Он ломает и выворачивает твою волю, заставляя тебя сделать всё, что угодно. Даже самый мерзкий и ужасный поступок не вызовет у тебя отторжения. Ты будешь думать, что это единственная цель в твоей жизни. Единственная цель твоего существования. И не важно, что в обычной ситуации ты никогда бы так не поступила. Это та причина, по которой эта сила мне отвратительна и по которой я не хочу её использовать. Да, я мог бы это сделать. Да, уже сейчас я легко добился бы всего, чего хотел. Может быть даже больше, но… чего мне будут стоить такие достижения?

Понятное дело, что я очень хорошо знал, чего именно. Я превращусь в Андрея. В того, кем он стал перед встречей со мной. Но Ольге я этого говорить не собирался. Упоминание брата в её присутствии всё ещё вызывало у неё сильную внутреннюю боль.

И меня это не удивляло. Она провела с ним всю свою жизнь. Она знала его куда лучше. Ещё до того, как всё завертелось. Для неё, наверно, он был точно таким же любящим братом, как и я для Ксюши.

— И поэтому я хочу дать тебе второй шанс, — продолжил я. — Это никогда не исправит того, что ты сделала. Более того, ты никогда не забудешь того, что сделала. Это останется с тобой навсегда. Но, может быть, в будущем ты найдёшь собственное место в этом мире и сделаешь что-то… не знаю, может быть ты сделаешь то, что заполнит пустоту в твоей душе. И я хочу дать тебе возможность для этого.

На секунду запнулся, не решаясь сказать то, что собирался. Потому что знал — сделаю это и обратного пути назад не будет. И всё таки…

— Оль, ты моя сестра, — наконец сказал я, произнеся это вслух. — А я не привык бросать родных людей в беде.

Да, лицемерно. Да, после моего твёрдого решения, которое вычеркнуло Андрея из этого списка без какого-либо права на помощь с моей стороны, от этих слов несло двойными стандартами и двуличностью.