— Что за бред, — пробормотал я, и сидящий рядом с кроватью пёс негромко заскулил. Даже морду мне на колено положил.

— Да-да, прости, — вздохнул я и погладил его по макушке. — Просто мне кошмар приснился.

Брам чуть наклонил голову и посмотрел на меня, после чего отошёл, взял пастью валяющийся у двери ошейник со всё ещё прицепленным к нему поводком и притащил мне.

— У-у-у, — проскулил он.

Понятно. Вот вам и забота. Что ему мои кошмары, лишь бы погулять сходить. С этой мыслью я посмотрел на окно, по стеклу которого глухо барабанили дождевые капли. Желания идти на улицу резко уменьшилось.

Словно почувствовав моё настроение, Брам ещё раз негромко проскулил и положил ошейник у моих ног.

— Ладно, ладно. Дай хоть кофе выпью, — вздохнул я и начал одеваться. — Ща, минут десять. Приду в себя и пойдём. Всё равно уже не засну.

Одевшись, я вышел из комнаты и спустился вниз. В такую рань внизу обычно ещё никого не бывает, но в этот раз меня ждал сюрприз.

— Доброе утро, — произнёс я и широко зевнул.

Сидящая за одним из столов Мария подняла голову и поприветствовала меня короткой улыбкой.

— Доброе, Саша. Что-то ты рано встал сегодня.

— Уже выспался, — пожал я плечами, нисколько не желая грузить её своими собственными проблемами.

Впрочем, пытаться обмануть эту женщину всегда было дурной затеей.

— Да? — с сомнением проговорила она, глядя на меня. — А выглядишь так, будто ты вообще не ложился. Ты вообще спал?

В который раз я подивился той спокойной заботе, что звучала в её голосе. Причём, похоже, что эта самая забота, которую теперь Мария провоцировала в каких-то невероятных количествах, предназначалась вообще для всех. Для меня. Для Ксюши. Для девочек-официанток. Даже Михалыч и тот порой удостаивался.

Только Князю порой не везло, что было вдвойне забавнее.

— Спал, — ответил я и, обойдя стойку, достал себе чистую чашку. — Ты сама чего так рано встала? Семь утра же.

Услышав мой вопрос, Мария рассмеялась и чуть отодвинула ноутбук, стоящий перед ней.

— Так я с удовольствием и поспала бы подольше, но малыш не дал, — произнесла Мария и погладила рукой выпирающий из-под одежды живот.

— В каком смысле? — не понял я, на что она тихо рассмеялась.

— Пинается. Хочешь потрогать?

— Давай.

Я поставил пустую чашку рядом с кофемашиной и вышел из-за стойки.

— Дай ладонь, — Мария протянула мне свою руку и, взяв мою ладонь в свою, положила на прикрытый тканью футболки живот. — Вот сюда. Чувствуешь?

— Нет, — честно сказал я, не совсем понимая, что именно должен был почувствовать.

Это произошло неожиданно. Будто небольшой тычок или, как сказала Мария, пинок изнутри. И оказался он удивительно сильным.