Нахмурившись, подошёл к ней и взял запечатанный конверт. Осмотрел его. Никаких печатей или подписей. Странно. Открыл… а, ну теперь понятно.

— Что там? — тут же спросила Марина, заметив кислое выражение на моём лице.

— Сама посмотри. — Я передал ей письмо.

И тут уже, в отличие от конверта, имелись и печати, и подписи, и всё, что только можно.

— Вызов в суд? Серьёзно?

Услышав её, Кристина удивлённо посмотрела на меня.

— Суд? Что-то случилось?

— Один аристократический утырок, вот что случилось, — с раздражением пояснил. — Я разбил лицо Даниилу Волкову.

— Волкову? Погоди, это не сын барона Волкова, часом?

— В точку. Он самый, — зло проговорила Марина, возвращая мне официальное письмо. — Саша ему всю морду разбил, когда мы в «Параграфе» были.

После этих слов Кристина захлопала глазами.

— Погоди, так это про тебя все трындели? Говорят, что даже видео в сети было, но я не смогла найти. Говорили, что там кто-то потасовку устроил у входа, но даже и подумать мне могла, что это можешь быть ты!

— А чего так?

— Просто ты не выглядишь как идиот, — лаконично ответила рыжая. — Конфликтовать с Волковым… Саша, я бы на твоём месте поискала бы хорошего адвоката.

Марина хотела было что-то сказать, но Кристина не дала.

— Действительно хорошего, Саша, — с нажимом произнесла она.

— Я вообще-то то же самое сказать хотела, — недовольно пробурчала Марина.

— Так сказала бы, — хмыкнула Кристина, отчего недовольное выражение на лице Марины стало ещё заметнее.

— Слушай, ты вроде письмо передать хотела? Передала? Молодец, можешь идти. Мы тебя не задерживаем.

— Да у меня перерыв так-то, — улыбнулась Кристина, посмотрев на Скворцову сверху вниз. Пусть на несколько сантиметров, но она была выше. А туфли на высоком каблуке делали её превосходство в росте ещё заметнее. — Могу позволить себе немного побыть гонцом.

Видимо, это заметил не я один.

— Гонцов, которые приносили дурные известия, так-то под нож пускали, — с вызовом бросила Марина.

— Фу, какой глупый пережиток прошлого… так и гонцов не останется. А кто тогда будет хорошие вести приносить?

— Так, вижу, вам весело, — влез я в разговор до того, как Марина придумала, что ответить. — Не буду вам мешать.

И, быстро обойдя Кристину, вышел из отдела. И чего они друг друга невзлюбили? Эмоции так и фонили взаимной неприязнью. Наверное, кто-то другой на моём месте бы попытался разобраться в происходящем, утихомирил и помирил бы двух девушек. Пу-пу-пу, а теперь вы лучшие подруги. Обнимитесь и помиритесь…

Нафиг. Сами разберутся, чай, не маленькие. У меня своих проблем хватает.