Лазарев стоял и смотрел сквозь панорамное стекло на раскинувшуюся перед ним столицу. Ответил он не сразу. Правда, его ответ мне слышать и не нужно было. Я и так понял, какие именно эмоции у него вызвало моё предложение, по тихому смешку.

— И что? Это всё? — спросил он, даже не подумав повернуться ко мне лицом.

— Да, думаю, что мне этого почти достаточно, — хмыкнул я. — Я же не чудовище какое, чтобы желать вашей смерти. Тем более, что, скорее всего, она принесёт мне куда больше проблем в будущей перспективе. Думаю, исключить вас и любое возможное ваше влияние на мою жизнь и жизни моих близких — более чем приемлемый результат.

— А я вот, думаю, что поторопился с выводами относительно тебя, Рахманов, — вместо ответа на мой предложение сказал он.

Развернувшись, Лазарев сделал пару спокойных шагов и подошёл к своему столу.

— Видишь ли, я считал, что ты достаточно мудр, чтобы понять, в какой именно ситуации находишься, — сказал он, открывая ящик стола. — Даже сейчас, признаюсь, я испытал нечто вроде восхищения. Даже уважения. Ты смог меня удивить, не буду лукавить. Но, похоже, на этом твой потенциал заканчивается.

Его рука достала наружу покрытый хромом пистолет. Не прошло и мгновения, как ствол оружия оказался направлен мне в голову.

— Может быть, ты и прав, — проговорил Павел. — Учитывая, какая мерзкая сила досталась твоему роду, я действительно не смогу использовать против тебя свою Реликвию. Не в полной мере, может быть. Но, как я сказал, ты прав. Рисковать я не желаю. А потому, думаю, в такой ситуации будет совсем не зазорно использовать несколько более… нецивилизованные методы.

— Что? — улыбнулся я ему в ответ. — Застрелите меня? Прямо тут? А последствий не боитесь?

— Не переживай. — Лазарев вернул мне ответную улыбку. — Не думаю, что у меня возникнут хоть какие-то проблемы с полицией, если я прямо здесь и сейчас вышибу тебе твои не такие уж и умные мозги…

— А я что-то говорил о проблемах с полицией?

— Что? — не понял Лазарев.

Вздохнув, я поднялся из кресла. Медленно, без резких движения достал из своего портфеля две папки, толстую и ту, что потоньше. Подошёл к Лазареву.

— Думаете, что всё в этом мире можно купить, да? — спросил я. — Что ваше влияние, положение и та власть, которую вы с таким трудом собирали в своих руках все эти годы, защитит вас?

— Думаю, что готов проверить эту теорию, — хмыкнул Лазарев, не сводя с меня оружия.

— Ну, что же. Тогда попробуйте, — хмыкнул я и бросил папку прямо на стол перед ним.

Упав на полированную поверхность столешницы, она раскрылась. Из неё на стол выскользнули распечатки листов с прикрепленными фотографиями.