Оказалось, что я ошибся. Руслан, ну или же Рус, как он сказал к нему обращаться, был тут главным и единственным тренером. Ну за исключением его зама, которого я ещё ни разу не видел.

— Ладно, — сжалился он. — Хватит. Не мучай грушу. Ей и так от одного твоего вида тошно.

— Знаешь, я даже говорить не стану о том, что это просто груша.

— Вот и не говори. Она ещё обидится, тогда тебе вообще абзац, — начал он меня стращать. — Короче. Вывод я делаю такой. Тюфяк без какого-либо потенциала…

— Ну спасибо, блин.

— Я не договорил, — рявкнул он. — Не переживай. Надежда есть. Я тут и не таких исправлял.

— Исправлял? Ты точно не хотел сказать «ломал»?

— Сам решишь, — усмехнулся он, сложив мускулистые руки на широкой груди. — Короче, Саня. Будем делать из обезьяны бойца.

— Может, человека?

— Ты сюда пришёл за тем, чтобы стать человеком?

— Справедливо.

— Вот и не перебивай меня. Итак. Будешь заниматься тут каждый вечер с понедельника по пятницу…

— Рус, у меня работа вообще-то.

— А мне начхать, — отмахнулся он. — Значит, будешь приходит после работы. Наше расписание ты видел.

— Видел, но…

— Не нравится?

— Хрен с тобой. Всё, молчу.

— Дальше. Я составлю тебе план тренировок и диету. Следуешь им. Если во втором случае возможны послабления, то от первого отступать нельзя не на шаг. Делаешь всё так, как тебе сказано.

— И что? Тогда стану таким же напыщенным качком, как и ты?

— Ты хотел сказать божественным вместилищем силы и красоты? — уточнил он и показушно чмокнул свой накаченный бицепс. — Не, даже и не мечтай. Но гарантирую, что если тут не сдохнешь, то сможешь постоять за себя.

Я так-то и без этого могу. Но поди попробуй докажи это ему.

— Ну хоть так, — вздохнул я.

— Только так. И ещё кое-что, — произнес он, а его голос потерял любой намёк на шутливость или какое-то веселье. — Когда приходишь сюда, всё своё дерьмо оставляй за дверью. Первое и главное правило — уважай тех, кто занимается с тобой, и тех, кто тебя учит. Я многое могу простить. Но только не неуважение. Не важно, по отношению к другим учеников или же ко мне. Понял?

— Понял.

— И?

— Что?

— Какого хрена ты тут ещё стоишь? Взял мешок и двадцать кругов вокруг зала!

Простонав, схватил указанный мешок и, закинув его на спину, побежал… Ага, с двадцатикилограммовым баулом, который болтался за спиной. Понятия не имею как, но двадцать кругов я пробежал. На одной силе воли, наверное. Под конец упал на маты и лежал так минут пять, боясь пошевелиться. Вдруг что отвалится.

Дальнейшие тренировки подтвердили мои опасения. Все три часа, что я провёл в зале, Рус буквально доводил меня до края, чуть-чуть не давая за него переступить. Как он сказал, проверял мои пределы, чтобы лучше составить программу тренировок. Нет, ленивым толстячком меня, конечно, назвать никогда было нельзя. Что в прошлой, что в этой жизни я за собой следил. Да только это ограничивалось уровнем той формы, чтобы костюмчик хорошо сидел, а девушки глазами провожали.