— Где мы? — наконец нарушила она тишину, когда мы поднимались по знакомой мне лестнице.

— Здесь живёт мой друг, — коротко ответил я, подходя к нужной двери и несколько раз постучав. — Правда, боюсь, что ещё несколько таких визитов — и он попросит меня исключить его из этого списка.

Ладно. Вру. Виктор был другом, каких ещё поискать надо. Всегда готовый помочь в трудную минуту…

— Да ты, мать твою, просто издеваешься, — первое, что я услышал, когда дверь открылась.

Вик стоял в домашних штанах и футболке с зубной щеткой в руке. Позади него на столике в гостиной виднелись раскрытые конспекты и пара учебников. Видимо, он не спал, а занимался, когда мы припёрлись. От мысли, что я хотя бы не вытащил его из постели посреди ночи, мне стало немного легче.

Но только немножко.

— И я тебя рад видеть. Поможешь?

— Нет, блин, на улицу выгоню, — вздохнул он. — Заходи.

Мы с Мариной зашли в квартиру.

— Что произошло? — спросил он, а затем закатил глаза и махнул рукой. — А знаешь что? Можешь не отвечать. Идите в гостиную.

— Кто он? — шёпотом спросила Марина, когда я усадил её на диван в гостиной.

— Мой друг. Учится на врача…

— И латаю его каждый раз, когда какая-нибудь фигня происходит, — раздраженно бросил Виктор, входя в комнату с аптечкой в руках, но больше злясь на саму ситуацию, чем на меня. — И знаешь что? Я передумал. Давай колись. Что случилось?

— Подрался в ресторане, — коротко пояснил я ему.

— Чего? Ты давай брехню эту кому другому рассказывай. Я же… так, подожди. Ну-ка, дай сюда свою дурную голову… Фига, да у тебя тут кожу рассекло. Чем тебя так?

— Бутылкой.

— Не разбилась, видимо.

— Не. Не разбилась, — признался я.

Покачав головой, Вик принялся за работу. Сначала помог Марине, промыв и продезинфицировав царапины и дав ей завёрнутый в полотенце холодный компресс. Наполненную водой грелку, вынутую из морозилки. Заодно я их познакомил. А потом он принялся за меня. Со мной, к слову, возился дольше.

— Ну чё там?

— Не болтай под руку, — шикнул он на меня.

— Да я не… бля, больно же!

— А ты башкой своей дурной не дёргай! — разозлился он на меня, держа в руках тампоны и дезинфицирующее средство. — Скажи спасибо, что шить не придётся.

Минут через пятнадцать, закончив и наложив мне на бедовую голову повязку и обработав правую руку, он устало плюхнулся в кресло.

— Всё. Жить будете.

— Спасибо тебе.

— Должен будешь, — уже привычно пригрозил друг, зевнув. — А теперь рассказывайте, что произошло. И давай вот без всякой херни.

Ну я и рассказал. Чё толку скрывать. Учитывая всё случившееся и снимавших нас на телефоны зевак, будущее рисовалось паршивым.