Стоило ускориться, как её пальчики сжимали мои руки, сигнализируя о напряжении.

Но удовольствие она определённо получала, и мне это приносило радость.

— Знаешь, ты какой-то заторможенный, только мне начинает нравиться темп, ты замедляешься! Всё, ложись на спину, теперь я здесь главная! — неожиданно заявила она спустя полчаса.

— То есть ты сжимала пальцами, когда было хорошо? — удивился я.

— Да. Раз темп быстрее, нужна опора лучше. А ты не заяц, а черепашка-недотрога!

— Хочешь вести? Да пожалуйста! Покажи ритм, удобный Лизе, Лизонька! — возмутился я, плюхнувшись на матрац.

Спустя миг её ножны спрятали моё лезвие примерно менее чем до середины, и она замедлилась. Я протянул руки к ней, думая дать ей опору, но она немного наклонилась и опёрлась о мой живот, после этого встала с меня, немного походила, подумала, после чего взгромоздилась на меня иначе, буквально оседлав, и начала двигаться. Пока даже на меньшую длину, чем раньше, да и ритм не особо отличался от того, что был ранее.

Но я промолчал, просто получая наслаждение и следя за тем, как Лизонька изучает свои ощущения.

Её задумчивое и при этом возбуждённое личико было просто прекрасно. Она смотрела куда-то на мою грудь, а я не мог отвести взгляда от неё самой.

Жизнь прекрасна. Я обязан сделать её безопасной, чтобы подобные мгновение были всегда.

Неожиданно Лиза резко опустилась несколько ниже, кажется, на максимум. По её лицу на миг пробежал испуг с гримасой боли, но затем вновь появилась задумчивая улыбка.

— Всего половинка, прости, — пробормотала Лиза.

— В смысле?

— Идиот… запомни и больше не пихай, больно, но сейчас хорошо.

— Да что запомнить? А-а-а, понял, молчу. И там не половинка, а больше.

— Обычно ты куда молчаливей, зайчик. Помолчи.

— Если есть о чём поговорить… — тут меня так сдавили, аж до слёз…

— Пульт управления, хо-хо! Убавим звук.

Аж до слёз приятно. Я притих от того, что оказался на пике удовольствия.

В следующий миг Лиза расслабилась и сделала несколько поступательных движений, после которых чуточку ускорилась, но теперь «упражнение» имело меньшую амплитуду, а после этого она резко села на максимум и остановилась, резко дыша.

Не знаю, но это её выражение лица… такое ощущение, что увидев его, я передал какой-то сигнал в свою кровеносную систему, из-за которого весь аировый сок ушёл в корень.

Показалось мне это или нет, я не знаю, но после этого Лиза пробормотала:

— Владычицы говорили, что после такого ты точно… а ты словно силы обретаешь… всё, мне надоело тут прыгать, люби меня, как тебе вздумается…

— Владычицы были знакомы с Чудорами, не достигшими Вселенной плоти, — проворчал я, удивившись фразе.