На третьи сутки я уже свыкся с мыслью и просто надеялся на план с копиями.

Ну, стал я пустым… зато хотя бы палочка-выручалочка осталась жёнушек радовать.

Неожиданно тело Лизы напряглось, дрогнула, а у моего лучика света открылись золотые глаза.

— А-ах? Что-о прои-исхо-одит? — произнесла она, потом быстро добавила. — Я не говорила останавливаться!

Искорки похоти! Страсть! Мимика и эмоции!

— Да что же ты вечно языком лезешь, говорю, продолжай, а не филонь! Сколько прошло времени? — протараторила, куда-то торопясь, Лиза.

— Часов шестьдесят. Точно не знаю. По какой-то причине ты светишься, развитие идёт. Осквернения не происходит, так что, буду надеяться на лизонек, — произнёс я, и не думая ускоряться, пока говорим.

— … — паника, грусть, слёзы…

Не хочу такого видеть, я ускорился.

Искорка боли, потом наслаждение. Не зря же я изучал свою дорогую.

Интересно, выходила ли она на пик удовольствия без сознания?

Если нет, я постараюсь это наверстать.

Я перестал ощущать время. Теперь для меня существовала только она.

Любовь? Безумие? Конечно.

Я сам такой, иначе не пошёл бы ради детей так далеко.

Семья… а ведь когда-то я выбирал себе жену.

Ха-а-а… я это так смутно помню. Словно было это тысячу лет назад… ах да, с учётом трещин это примерно так.

В какой-то момент недалеко от холма появилась лизонька. Она быстро забежала в барьер и крикнула:

— Последний час!

Ха, какая невинная копия, зарделась при виде нас.

— Можно, я стану собою? — произнесла она.

— Да, — ответила моя жена.

Они стали едины, но тут же появилась новая копия и сразу же исчезла, использовав один из остаточных свитков.

— Что это? — спросил я.

— Она за остальными, — ответила Лиза. — Вдруг дело не в тебе, а во мне?

Через какое-то время оставшиеся копии стали Лизой, в том числе «посыльная».

— Нет, не то, — пробормотала светящаяся девушка. — До меня дошло. Сними матрац! Нефрит, он подарен для того, чтобы я стала Вселенной!

— Что? — удивился я.

— Да, по легенде мужчины с солнечными копиями в нашей семье собирали себе гарем, но единственный, кто сумел дойти до Вселенной — Первый Хан, его ложе было из чистого белого нефрита. Мне, следовательно, нужен чёрный. Тут я, хи-хи, близка к тебе, дорогой мой некромант… как я об этом забыла?

Мне показалось это соломинкой. Я промолчал.

Однако в тот миг, что Лиза легла на камень, а я ввёл свой клинок в её ножны…

*Пра-ада-а-а-ах!*

Всё рвануло.

Меня наконец-то прорвало, камень превратился в чёрные луны, очень шустро оказавшиеся поглощёнными космосом Лизы, а затем жадная жёнушка заодно поглотила всё пространство трещины так, что мы с ней голышом оказались в воздухе, рухнув прямо в остатки огромного свадебного торта.