— И самый важный итог года для меня — в наступающий две тыщи двадцатый «Натив» входит как единая команда. Мы много приключений пережили вместе и готовы покорять новые горизонты!

Оля догадалась, что я выжал из себя все положенное, и включила отбивку. Зал зааплодировал, раздалось даже пара нестройных выкриков «ура» и «вперед».

Я уже сходил со сцены, когда включился проектор и на экране за под бодрую музыку пошли слайды. Сперва — групповое фото в корпоративных толстовках, потом — мое лицо… снова мое лицо… опять… к чему этот культ личности, что за?..

Я понял и рванулся к пульту, чтобы велеть Оле остановить трансляцию. Не успел. Следующий слайд гласил: «Удачи, Олег! Спасибо за все, не забывай звонить!» и сразу затем — лицо Вадима с текстом: «Да здравствует новый генеральный директор!»

Черт! Оля. Я ведь ей не сказал. Думал, Вадим ей скажет, или Дазуров ей скажет, или кто-нибудь ей скажет! Да я вообще не думал о ней, вытеснил эти мысли, запретил себе. И теперь как хочешь, так и выкручивайся, гендир хренов.

Безмолвно матерясь, я вернулся на середину сцены.

— Спасибо за эту чудесную новогоднюю шутку! — преувеличенно бодро выкрикнул я, когда проклятущие слайды наконец закончились. — Надеюсь, вы не слишком обрадовались, потому что на самом деле ваш бессменный капитан остается с вами! И так как без боцмана корабль плыть не может, а без продаж наш замечательный продукт не принесет денег, наш бесценный Вадим тоже остается на своем месте!

Повисла кладбищенская тишина, через пару секунд ее сменили неуверенные жидкие аплодисменты. Я пошел к пульту. Оля встретила меня ошалелым взглядом и нервно пожала плечами. Я вздохнул и повторил её жест.

— Чего делать? — спросила она громким шепотом.

— Пофиг — пляшем! Шпарь дальше по программе.

Оля двумя руками взяла микрофон:

— А сейчас перед нами выступит начальник отдела разработки Кирилл Протасов!

— А этого-то зачем? — прошипел я.

— Ну, не знаю, — Оля снова пожала плечами. — Сказал, хочет толкнуть речь…

Если кто мог окончательно загнать и без того паршивый праздник в гроб, так это Протасов. Я отыскал глазами непривычно остриженного Вадима. Он по-прежнему стоял возле бара и смотрел в пустоту. С новой рюмкой в руке.

Протасов поднялся на сцену своей штатной походкой гусака на пенсии. В кои-то веки он оделся прилично, в чистое и даже вроде выглаженное, но выглядел, как и всегда, огородным пугалом. Не знаю, как это ему удавалось. Какой-то особый талант.

Оля вручила ему микрофон.

— Всех, значит, с Новым годом, — пробурчал Протасов. — Я тут от имени отдела разработки. Да. Всех вас хочу поблагодарить. За труд ваш замечательный, и вот это все.