— Можно просто ее убить. Тогда навык аннулируется.

Только… ох как мне не понравилась его ухмылка. И когда я вошел в парадную, он так называл место с лестницей по этажам, я понял, отчего она.

С его слов и со слов Алисы, которая заметно приуныла, в его обитель никогда никто не пускался, и я, курва, понимал почему!

На каждом этаже стоял орк. Но… мать вашу, не живой! Совсем не живой! Мертвые, кто-то без какой-нибудь части, кто-то, чуть ли без половины головы. Но они слушались, они видели нас, они скалились, но ничего не предпринимали.

Уже, будучи, поднявшись на верхний этаж, где старик под манеру своей специализации, открывал дверь из костей, я наконец, «родил», вопрос.

— Сарумян, вы — некромант?

— Не Сарумян, а Саурон, — хмыкнул он, — А что?

— Вам бы в кострах гореть, — без улыбки сказал я.

Уж кто-то, а некроманты — были врагами всего живого. И демонов, кстати, тоже. Уж в моем мире — они бед принесли наравне со стадами орков, которые разносили все вокруг. Правда, делали все это более специфично, мерзко и… глупо.

Их мания найти вечную жизнь выбила из них всю человечность. Правда, глядя на этого старика, я бы не сказал, что он «фанатик» бессмертия. Но это лишь на первый вид. Уж как-то я сомневался, что в этом худеньком старичке нет злобы и алчности.

Практика показывала только одно — они — зло. Правда, не самое великое. И вполне себе — смертны. У них есть сердце, которое бьется, и, если его вырвать, увы, старичок помрет.

— Мне кажется, — некромант резко разогнулся и тут я почуял его ауру.

Она действительно была слишком сильной. Слишком могучей и все эти старческие повадки — лишь отвлекающий маневр. Но мне он был по силам. В запасе — перерождение и сила первородного. И также — он человек, а значит, в нем есть кровь.

— Ты имеешь не самое лучшее представление о некромантии, Черный, хотя сам пользуешься возрождением и управляешь мертвецами. Пожалуй, мы начали с тобой не с того листа.

Однако, хоть это было сказано с угрозой, он улыбнулся, и отворив дверь, пригласил вовнутрь со словами:

— Суккуба и Алису — прячь в свою метку.

«Ого. Этого я не говорил. Неужели, осведомлен?»

— Темного человека — позволяю взять с собой. Тем более что она действительно твой раб, хоть и скрывает свою сущность.

— С чего вы решили? — улыбнулся я.

— Я вижу, как тонкая красная нить связи тянется к ней от твоего кольца. Еще я вижу — что она любит тебя и готова на все ради тебя. Как и ты. Но, впрочем, это не мое дело. Выполняй условия и иди за мной. Нам много предстоит обсудить. И решить, кто и в каком цинковом гробу выйдет отсюда.