«Вэнди, привет».

Было написано около семи вечера. Я, конечно же, не увидела сообщение, потому что в это время уже вовсю трясла задницей.

«Приезжай, тут весело».

Недолго думая, я набрала адрес «Железной лошади».

Похоже, меня одолело стадное чувство. Статус «В отношениях с собой» начал меня тяготить, да и как иначе, когда вокруг меня одни парочки? Природное упрямство не позволяло мне поступить, как Холли, и спастись от одиночества в объятиях какого-нибудь неуловимого и опасного или смазливого и накачанного, но и бедолага-математик никаким боком в мою жизнь не вписывался. Так какого чёрта я до сих пор его тереблю? Забыть, как страшный сон! Мне грустно. Хочу ещё выпить.

«Я не вижу тебя, Вэнди. Ты где?».

Приходит мне, когда я уже было собралась, наконец, отправить его контакт в чёрный список. Ладно, лажать так с помпой и под фанфары. Я пьяна.

«Возле барной стойки, слева. Машу тебе рукой».

Задумчивый смайлик в ответ.

«Хмм».

«А ты уверена, что Мемориал 9/11 весёлое место? Не вижу тут барной стойки».

– Твою мать!

Подскакиваю со стула, перечитываю своё сообщение. Я указала не ту улицу. Не знаю, что потом стукнуло мне в голову – я попросила бармена вызвать мне такси, наскоро пересказала ситуацию Холли, едва справляясь с заплетающимся языком, и помчалась сквозь толпу к выходу. Надо спасать человека. Заблудится ещё в темноте, мало ли, вдруг он без очков?

– Вэнди, он же не маленький. У тебя синдром мамочки, Вэнди! Это инстинкт размножения. Не дай гормонам сбить тебя с толку! – прокричала мне Холли с крылечка.

Я села в такси и высунула из окна средний палец.

Я нашла его быстро. Роберт, ссутулившись и насилуя телефон, ходил возле запертых ворот туда-сюда. Голубоватое стекло экрана дважды отражалось в линзах его очков. Обнять и плакать.

– Как ты относишься к «Пуссикет Доллс»?!

В голове ещё гремели аккорды «Баттонс». Я прямо-таки изучала бодрость и позитив, вывалившись из тёплого такси в промозглую ночную холодину. На мне был офисный костюм, туфли и лёгкое вязаное пальто. Я не готовилась к долгим прогулкам – кончик носа щипало, а у открытых щиколоток кружился холодный ветер, однако алкоголь все ещё грел меня изнутри. На приветствие я не стала тратить время – здоровались в чате.

– Я плохо разбираюсь в поп-музыке.

Уже давно стемнело. Два пронзительно синих луча, взрезавших теперь небо вместо башен-близнецов не способствовали непринуждённой болтовне, а уж тем более, веселью. Я пошла от ворот подальше. Роберт двинулся следом за мной. У меня в голове родилась стойкая ассоциация со щенком на поводке.