И с этим парнем мы только что подрались. Это как пнуть бешеную собаку. Или не собаку, а ядовитую змею. Сколько пройдет времени до того, как она укусит? А если он заявится к Гвоздевым? Я не мог игнорировать эти угрозы, а значит должен был что-то сделать.

— Он сам лично принимал в этом участие? — всё же задал я вопрос.

Даже если Роман не участвовал… В случае принятия решения меня это не остановит. Я могу сомневаться, могу долго обдумывать вопрос, тем более такой непростой, но если что-то решу, то буду действовать, несмотря ни на что.

— Нет. Официально он находился на англосаксонских островах, — нехотя ответил Волков. — Но ты в курсе, что фабрика твоих родителей сейчас у него?

Услышать это было… больно. Дело моих родителей в руках семьи, которая их убила. Ещё одна гирька на чашу весов, в и без того сложной ситуации.

Наверное, есть те люди, которые принимают такие решения легко. Да чего уж… В случае реальной опасности я и сам готов убивать. Но Камила… Я успел немного узнать эту девушку, проникнутся к ней небольшой симпатией. Убить Романа Коршунова для меня теперь это убийство не безликого врага, а живого человека, защитника юной девушки, которая, вполне возможно, без него не выживет.

Перед глазами встало мертвое лицо сестры. Безмолвное, с застывшей маской ужаса и обиды. Она была так молода…

— Что ты предлагаешь? — спросил я Волкова.

Нам принесли еду и на пару минут мы замолчали. Парень набросился на пищу, что выдавало его голод. Хорошо знакомое чувство. Телепортация отнимает силы? Может так, а может у него разгулялся аппетит от зрелища избиения Коршунова.

— Пока ничего. Хочу понять, кто ты такой и есть ли от тебя толк, — прямо сказал он. — Я успел оценить, как ты действовал. Не будь Ромашка таким ослабшим, он бы тебя на части разорвал.

— Да, он сильнее меня. — не стал я отрицать истину.

Сильнее, как бес. А как алхимик, я уничтожу его.

— Но может из тебя и выйдет толк. — продолжил Волков, — Как ты смотришь на то, чтобы объединиться?

— Сначала скажи, что ты предлагаешь. Коршунов сильнее меня, но вы с ним приблизительно равны.

— Откуда тебе знать? — нахмурился он.

Да потому что тебя я тоже изучил, придурок.

— А ты думаешь, что самый умный? — зло оскалился я, скрывая истинное положение дел.

Волков откинулся на подушки, скрестил руки перед собой и уставился на меня.

— Допустим. Но даже если мы равны, как бесы, я смогу найти на него управу и один.

— Тогда я тем более не понимаю, зачем я тебе.

— А я не говорю, что ты мне нужен. Коршунов — мой с потрохами. Я уничтожу его. Разрушу все его начинания и заставлю страдать. После этого убью.