— А зачем тебе? — удивился он. — Чем в общаге не живется?
— Ну… — замолк я, не зная, что ответить на этот справедливый вопрос.
— Вообще, — продолжил он говорить, не дождавшись ответа, — Если ты такой богатый, то надо местных поспрашивать. У нас есть несколько студентов, кто живет в городе. Может они знают. А ты богатый?
Очаровательная бестактность.
— Не настолько, как хотелось бы. Родители потребовали, чтобы я жил отдельно. Сказали, что общежитие будет отвлекать и развращать, — соврал я.
На самом деле Сергей и правда говорил что-то в таком духе. Намекал, что у молодости много пороков. В том числе тяга к веселью, вечеринкам, случайным связям и прочим способам прожечь жизнь.
— Странно. У нас вроде в общаге ничего такого нет.
Уточню, что Слава выглядел не как парень, который нравится девушкам. В очках, щуплый, он относился к той категории, которых называли обидным словом «ботан».
— Может как-то объяснишь им? — предложил он, искренне думая, что помогает мне.
— Они не такие люди, которым можно что-то объяснить. Сам понимаешь.
Слава кивнул, будто и правда понимал.
— Ну тогда жди завтра. На парах я тебя познакомлю, а дальше может выгорит что. Тебе же не к спеху?
— Не к спеху.
Наверное.
Завтра у меня две первые пары в государственном, потом пара в старшей, потом снова в государственном.
К совету я прислушался и на время отложил вопрос, переключившись на другие дела. В общежитие имелся телефон, откуда, если сможешь договориться, можно было сделать звонок. Я набрал мастера по этикету, не зная, насколько уместно звонить в выходной. Ответила мне женщина. Дочь этого самого мастера. Сказала, что я могу заглянуть в следующую субботу. Добавила, что один урок стоит пять тысяч. Я стиснул зубы, выдохнул, но согласился прийти.
Грабеж.
Интерлюдия
Роман Коршунов возвращался домой в приподнятом настроении, что с ним давненько не случалось.
Жизнь — налаживалась.
Меч, который завис над семьей, медленно и уверенно отодвигался, позволяя вздохнуть чуть свободнее. Роман мог честно себе признаться, что за последние полтора года он хорошо поработал. Превратил убыточные предприятия в приносящие деньги. Из ситуации в рамках страны он выжал максимум — смог наладить контакт со всеми, кто не побоялся с ним работать, несмотря на опалу. Таких людей было не много. Но они нашлись в достаточном количестве, чтобы пошёл стабильный ручеек денег. Роман даже оплатил учебу сестры за новый год из заработанных, не став залазить в неофициальные запасы.
Вершиной его успеха стал контракт с иностранной компанией, который он заключил месяц назад. Весь этот месяц Роману пришлось бегать по инстанциям, оформлять документы, лично контролировать подготовку и провернуть сотню других дел, чтобы выполнить обязательства, как надо.