— Что стало с теми людьми?

— Мертвы, — не стал я скрывать.

— Ты дурак, Эдгард. Желай я твоей смерти, то пришёл бы лично. В крайней случае послал своих охранников, чтобы отвлекли тебя. Но мои охранники живы. Как и меня ты не видел, когда на тебя напали.

— Ты можешь петь, сколько хочешь, Коршунов. Я тебе не верю.

— А зачем мне сейчас лгать тебе?

Вопрос повис в воздухе. Может затем, чтобы придумать что-то и выбраться отсюда? Пока мы болтали, я прикидывал, как усилить артефакт блокировки. Надо любой ценой не допустить, чтобы Коршунов свалил отсюда.

* * *

Минут через двадцать я почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы попробовать атаковать одного из волков. Метнул в него кинжал, придал ускорения и пробил тваре шкуру. Зверь взвизгнул и бросился наутёк, скрывшись за деревьями. Я на это только глазами похлопал. Тварь шустро убежала так далеко, что связь с кинжалом исчезла.

— Что, потерял игрушку? — расхохотался Коршунов.

— Иди нахер.

— Какие мы грозные, — продолжил хохотать он. — Слушай, Эдгард, по всему выходит, нам с тобой придется договариваться.

— О чем? — вложил я весь скепсис в вопросов.

— О том, как выбраться отсюда. Ты не можешь прикончить меня, а я тебя. Это патовая ситуация. Убери то, что блокирует переходы и я открою проход обратно.

— Ты меня за дурака держишь? Стоит мне убрать блокировку, ты тут же исчезнешь.

— И что дальше? Князь узнает о том, что я ходок?

— Узнает, не сомневайся.

— Так и ты не сомневайся, что меня тут же отправят на допрос. Где я с большой охотой поведаю о всех тех чудесах, которые здесь видел. Блокировать ходоков? Трансформировать камень? Ослаблять бесов? О, Эдгард, твои проделки тянут на большие проблемы. Как думаешь, что с тобой после этого будет? Князь погладит по головушке или запрёт где-нибудь? А то и вовсе, грохнет непонятное существо.

— Скорее он возьмет меня на службу. Лично я не против. Князь мне нравится.

На самом деле я такой уверенности не чувствовал. Не забыл пока что, какого это, когда близким угрожают. Да и это ощущение, когда от тебя ничего не зависит… Попасть в лапы князю — это гарантированно лишиться свободы.

Хотелось бы этого избежать.

К тому же, никакого письма нет. Это блеф чистой воды. Но и соглашаться на предложение Коршунова… У меня нет иллюзий. Если он сможет, то убьет меня. Как и я его.

Снова повисла тишина. Казалось, что с каждой минутой становится холоднее. Это было не так. Температура не могла так сильно измениться, но здесь, наверху, то и дело налетал ветер. Я был в осенней одежде: куртке, штанах и ботинках. В обычное время этого хватало, но сейчас… Я чувствовал, как тело сковывает. Ну как сковывает… Оно и до этого промерзло основательно, но из-за пробежки кровь чуть разогналась, но этого надолго не хватило.