Директор подошёл к Камиле, помог ей подняться и что-то тихо сказал. После чего девушка убежала в сторону корпуса. Дальше мужчина повернулся ко мне.

— Как звать? Какой курс?

— Эдгард Соколов. Первый курс в старшей школе и первый курс в государственной.

— Я тебя помню, — кивнул он, — Вступиться за девушку — это, конечно, благородно. Но на моей территории любые конфликты запрещены. Уяснил?

— Уяснил. Когда на кого-то нападут в следующий раз, остаться в стороне?

Последние слова были излишне резкими и мужчине не понравились. Запоздало пришла мысль, что он может меня телепортировать куда угодно. А ещё отчислить из института.

— Можешь и полетать в кусты, — хмыкнул он, взяв себя в руки.

После чего развернулся и ушёл. Сделал пару шагов и переместился. Чертовы уникумы.

Я остался один. Оглядел поле боя… Или моего избиения. Кусты проломлены, другие ученики, которых пусть и немного, но хватало здесь, палятся на меня. Я же стою в разорванном, мать его, костюме. Который обошёлся мне в кучу денег!

В тот момент я проникся большой неприязнью к этому Волкову. Урод, чтоб его.

* * *

Антон Волков умел перемещаться мгновенно, на расстояния до километра и делал это частенько, проворачивая свои дела. Но он ещё ни разу не сталкивался с тем, чтобы кто-то другой его принудительно перемещал, куда вздумается.

Мужчина обнаружил себя в камере. В ней было два стула, да стол между ними. Антон мог бы легко уйти отсюда, но… Он понял, что перегнул палку.

Не прошло и двух минут, как дверь открылась и вошёл мужчина. Крупный, полноватый, с большими щеками.

— Ну здравствуйте, юноша, — проговорил он, — Что же вы так.

— С кем говорю?

— Алабаев Максим Геннадьевич. А вы? Мне не успели сообщить, кто именно нарушил правила.

— Антон Волков.

Парень внутри поёжился. Кто такие Алабаевы он знал. Верные псы князя. Те, кто заведовал охраной и безопасностью, как в городе, так, возможно, и в других местах. Не смотря на небоевой вид, Антон чувствовал, что перед ним как минимум равный. А если знать, кто за этим мужчиной стоит, то и вовсе, ему, последнему наследнику, лучше заткнуться и вести себя вежливо.

— Волков, Волков… — пробормотал он, — Конфликт вышел с Камилой Коршуновой? Вы присаживайтесь, в ногах правды нет. Чем руководствовались? Ну, кроме собственной тупости, конечно, — добродушно поинтересовался толстяк.

Волков под столом сжал кулаки. Это было оскорбление. Но ещё это был намёк. Хотя какой намёк. Прямые слова о недопустимости конфликтов на территории Измайловых, а значит и на территории князя.

— Чего молчим? — наклонился Алабаев вперед, — Личная месть? Как знакомо. Понимаю, понимаю. Знаете, что самое интересное? Второй мальчишка. Эдгард Соколов. Вы с ним в чем-то похожи.