Пробился внутрь, добрался до вагонов метро. Там расширил завалы и докопался до тех, кто ещё был жив. Создал проход в лечебницу к Ольге и переносил туда всех, до кого смог добраться.

Взрыв произошёл в тот момент, когда поезд подъехал к перрону. То есть в момент наибольшей концентрации людей как внутри вагонов, так и снаружи. Сколько там убитых… Я пробирался через кладбища, выискивая редких выживших. Многие из них были с разной степенью тяжести травм. Поэтому я и закидывал их в лечебницу. Несмотря на то, что Ольга находилась у меня дома, сам центр продолжает работать.

Я не остановился, пока не вытащил всех. В конце создал свободный доступ командам спасения. Им ещё предстоит вытаскивать трупы.

* * *

Мы с Родионом встретились возле бизнес-центра, куда я вернулся. Здесь больше ничего не взорвали, и это было хорошей новостью.

— Это Шестой, — сказал я.

— Знаю, — кивнул мужчина.

— Он хотел показать нам, что может нанести удар куда угодно. Что он как сила, с которой мы не сможем справиться.

— Да.

Я стиснул зубы, чувствуя бессилие. Невозможно защитить весь город. Невозможно защитить всю страну. Да даже одну улицу сложно уберечь! Я могу перекрыть бизнес-центр, а Шестой — доставить бомбу в жилое здание напротив.

Единственный способ уберечь от этого — разобраться с самим Шестым.

Я прошёл к зданию, добрался до шахты лифта и проверил, как там пойманный ходок. Придавило его основательно. Кабину смяло обломками, ещё и тело мужчины проткнуло штырем, отчего он и не мог выбраться. Рядом с шахтой стояли гвардейцы. Караулили, чтобы не сбежал.

В тот момент я чувствовал пожирающую злость и ненависть, и не скажу, что хорошо себя контролировал.

Обломки и кабина превратились в пыль. Я притянул штырь, торчащий у него из брюха, и тем самым вытащил самого ходока. Он рухнул на пол к моим ногам и принялся ругаться на английском со странным акцентом. Чем окончательно убедил меня в причастности.

Единственное, что останавливало меня от немедленной расправы, — желание узнать, где найти того, кто его послал.

Мужчина оказался с характером. Сам выдернул из тела осколок, отчего начал ругаться ещё сильнее, поднялся и с вызовом уставился на меня. Регенерация сделала своё дело. Рана закрылась почти моментально.

— Ты кто такой? — спросил он на английском.

— Тот, чьё здание ты разрушил, — прошипел я.

Мне надоели эти игры, я выпустил нить и оплел его. Мужик такого хода не ожидал и не успел отскочить. Попытался переместиться, дернулся, но остался на месте. Классика. Ходоки слишком привыкли к своим силам и теряются, когда остаются без них.