Я улыбнулся, наблюдая, как Рома — даже не пытаясь применять какую-либо тактику — просто рванул вперёд. Навскидку заметил в его защите с десяток слабых мест.

Собираясь закончить со мной одним ударом, Рома сходу сделал короткий, но точный выпад, пользуясь тем что его руки длиннее моих. Пришлось напрячь все мышцы, которых было не так уж и много, чтобы успеть увернуться.

Но как же сложно это было сделать. Я сместился в сторону, избегая атаки, и услышал треск ткани. Сволочь! Он испортил мой пиджак!

Надо бы его заколоть за такое, но я отметил, что всё-таки дуэль не смертельная. Иначе бы Рома целился не в плечо, а в сердце или в шею. Проблемы с местными стражами порядка мне совсем ни к чему, а вот проучить этого громилу я и так смогу.

Рома замер, растерянно взглянув на меня. Он не ожидал, что я увернусь от его удара. Ну что ж, воспользуемся паузой.

Я перешёл в наступление, и мой противник наотмашь кольнул шпагой, встречая меня. Вот бестолочь. Кто же так фехтует⁈

Я легко отразил удар. Одним хитрым финтом, не прерываясь, уколол противника в плечо, затем сместил шпагу, прорвав ткань под воротником. Остановился лишь в тот момент, когда острие оружия коснулось горла зазнавшегося гада.

— На этом всё, — холодно сказал я. — Ты убит.

Руки дрожали от чрезмерной нагрузки. Спина болела. Я чувствовал непривычную слабость, хотя боя почти и не было. В общем, надо срочно заняться новым телом. Иначе я долго не протяну.

— Невозможно! — сквозь зубы ответил Рома, роняя шпагу. — Тебе просто повезло!

— Все видели твой позор, — я кивнул на зрителей, которые шумно обсуждали случившееся, и добавил: — Можем повторить.

— Да пошёл ты, Быстров, — Рома сжал кулаки, но затем нехотя отступил, подбирая оружие. Он ткнул в мою сторону указательным пальцем. — Пошёл ты! Не думай, что на этом всё закончилось. Мы ещё встретимся.

— Как скажешь, — усмехнулся я.

— Ему сегодня повезло! — крикнул Рома группе зевак, и я заметил, как удивлённо на меня посматривают парни и девушки.

Громила, не оборачиваясь, поспешил скрыться, прихватив с собой нескольких союзников из массовки.

Остальные собравшиеся, включая амалийку, тоже не стали задерживаться и начали расходиться. На месте остался лишь такой же как и я худощавый парень. Но с выпученными как у филина глазами.

— Охренеть, ну ты и выдал, Лёха! — он хлопнул меня по плечу, ещё сильнее тараща глаза. — Ты как это сделал?

Я едва сдержался, чтобы рефлекторно не прописать ему в челюсть. Позволить себе такую фамильярность в мою сторону и выжить после этого ещё вчера могли очень немногие. Но то было раньше. Теперь у меня новая жизнь. Не исключено что здесь такое поведение между друзьями в порядке вещей.