Один за другим защита магов растворялась, что меня не могло не радовать. Сэкономили Одинцовские на защите, будь у них артефакты получше, одного зелья бы не хватило на всех.

— Что за хрень⁈ Это было зелье, Вова! — заорали маги.

— Пушкарёв, не спать! — взревел Игнатий Михайлович, сразу поняв, что произошло, и выбрасывая огненный шар, который врезался в ближайшего мага Одинцовых. Вражеский отряд, несмотря на неожиданный поворот, собрались, занимая позиции.

Вот от них прилетели несколько ледяных копий, врезавшись в стальную груду котла, за который мы и переместились. Затем бахнуло два огненных шара.

Вот только зря они это затеяли. Ведь я уже схватил вторую склянку и, подгадав момент, выскочил из укрытия.

— Куда, пацан! — закричал, надрывая голосовые связки Морозов.

Я же метким броском закинул парализующий газ прямо за сложенные рядами стройматериалы, как раз в центр построения противника, как мне и подсказал Орион.

А затем вернулся к своим.

— Ты куда полез, малой⁈ — зарычал на меня Пушкарёв. — Что ты кинул?

— Теперь можете их брать в плен, победа наша, — ответил я. — Я их парализовал.

Морозов с Пушкарёвым переглянулись.

— Валера, не тормози, — среагировал первым Морозов. — Погнали.

Я вышел вместе с ними.

«Хозяин, больше никого нет», — отозвался Орион, уже успевший выскочить на задний двор котельной.

Похоже этот отряд решил поживиться в котельной энерго-кристаллами. В дальнем углу находилась ёмкость, в которой те хранились.

— Михалыч, может расстреляем их? Какого чёрта их оставлять в живых? — Пушкарёв направил на одного из них потрескивающий молниями жезл.

— Валера, так не принято, — Морозов вытащил из своего ранца антимагические наручники. — Вызовем подмогу, заберут как пленных. Не забывай, сколько наших у них в плену, на обмен пойдут.

— Ну да, согласен, — ответил Пушкарёв, принимаясь защёлкивать браслеты на запястьях замерших словно истуканы врагов.

— С-суки… — процедил один из них.

— Ты поговори мне ещё, — резко ответил Пушкарёв, показывая перед его лицом молниевый жезл. — Ещё слово, и поджарю твою задницу.

Я же в свою очередь склонился над Разиным, доставая пузырёк усиленной регенерации.

— Рана открытая. Проклятье, — проскрипел зубами Морозов, заливая огнестрельную рану Разина лечащим средством. — Не донесём до машины, не успеем…

Но оно было совсем слабым. С таким зельем эту рану не вылечишь.

— Пусть он выпьет это, — подал я пузырёк Морозову.

Пушкарёв в это время управился. Всех заковал в наручники и даже привязал их верёвкой, найденной неподалёку в единую цепь.

Он вернулся и удивлённо выпучился на меня, к тому же густо покраснел.