— А кто спрашивает? — донеслось издалека.

Я сжал зубы. Судить было, конечно, сложно, но голос был очень похож на Алисин. И в нём чувствовалась слабость и даже немного отчаяние.

— Друг! — проорал я и потом добавил уже переговорщику, — туда сейчас пройдёт один мертвец, — сказал я, — не трогайте его. Мне нужно просто убедиться, что вы не врёте. Когда мы убедимся, что там те, кто мне нужен, можно будет приступать к обмену. На сам обмен я согласен, это без вопросов.

— Хорошо, — сказал переговорщик, — тогда я потом вернусь, чтобы обсудить детали.

— Естественно! — сказал я.

Переговорщик смело повернулся к нам спиной и пошёл к своим. Видимо, он чувствовал, что контроль ситуации у них. Это было плохо. Но если он говорил правду, то Алису нужно было вытаскивать во что бы то ни стало.

Как только он ушёл, я тут же наклонился и стал искать что-то, чем можно было бы писать. В идеале это должен был бы быть кусок мела… ну или что-то наподобие. Ничего не найдя, я оглядел мертвецов. Выбрал того, кто в светлой майке, и подойдя к нему, достал из колчана стрелу, сделал надрез на его руке и стал кровью выводить на нём:

«Скажи ему, как зовут интуита»

Кровь выступала медленно, видно, уже сильно загустела, и написать получилось не идеально, но вполне читаемо.

Закончив с надписью, я залез на голема и, через дырку в корпусе, сказал Зое:

— Отправь того, на котором я писал в угол. Веди сама, аккуратно. Я буду здесь, докладывай мне всё, что видишь.

— Хорошо! — донеслось из голема.

— К вам идёт посланник от меня, — проорал я, — ответь на вопрос!

Ответа не последовало. Возможно, Алиса не поняла, что это к ней обращено. Да и вообще, она, похоже, не очень понимала, что происходит… если это всё-таки она.

Мертвец двинулся в сторону угла, обходя баррикады, где сидела банда усилителя, по дуге.

Когда его стало уже почти не видно, я спросил у Зои:

— Рассказывай, что видишь!

— В углу большая куча из бетонных блоков. Они лежат там горой. Большие. Между ними есть проходы. Не самое плохое место, где можно защищаться, — сказала Зоя.

— Ладно, продолжай, — сказал я.

— Приближаюсь. Там, где сидят эти… как их… ну, которые плохие, никого не видно. Прячутся. В углу тоже всё тихо пока, — говорила Зоя, — подхожу, специально стараюсь быть шумной, задеваю камни, чтобы не появиться неожиданно. Вижу большую дыру. Медленно в неё пролезаю. Я внутри. Резко вспыхнул светоч. Из-за бетонного блока на меня кто-то смотрит. Это девушка. Симпатичная, но лицо грязное, а причёска растрёпанная. Она меня разглядывает… кажется, заметила надпись… подходит ближе… говорит: «Это что за хренотень? Это труп, что ли?». Она очень удивлена.