Наконец, Петя вернулся целиком и кивнул Маше. Маша повторила примерно то же самое, что делала Алиса. Сначала высунулась. А потом полностью ухнула в никуда.

Петя опять остался головой снаружи, наблюдая за полётом Маши. Через некоторое время он тоже полез в свой невидимый портал и исчез там через пару секунд.

Всё! Мы остались здесь без хозяина этого места. От этого сразу стало как-то очень неуютно. Возникло ощущение, что мы всё не очень хорошо продумали. Повисла гнетущая тишина, и время стало тянуться очень медленно. Только кошачье мурчание Амины разбавляло этот вакуум.

Чтобы хоть как-то отвлечься, я спросил у Зои:

— Как твои некросы, ты их чувствуешь? Уцелел хоть кто-то?

Вопрос был, конечно, риторический. Я ведь видел, что случилось внизу, и даже мертвецам сохраниться там было просто нереально.

— Нет, — отрицательно покачала головой Зоя, — но это не потому, что их нет, а просто отсюда я не могу до них достать. Я это сразу почувствовала, когда здесь очнулась. Отсюда до них не дотянуться.

— Думаю, что никто из них не уцелел, — сказал я, — взрыв был мощнейший!

— Я поняла, — кивнула Зоя, — но не нужно думать, что я за них переживаю. Да, между нами образуется некая связь, и я их по-своему чувствую, когда командую. И мне, может быть, их даже жалко, когда они окончательно погибают… но это не та жалость. Это как жалость за потерянную вещь. Нужную, но не очень ценную. У них ведь нет души. Они пустые. Да, иногда очень полезные, но пустые. Это не люди и даже не животные. Пустые оболочки.

— Жестокая маленькая некроманточка! — усмехнулась Амина.

— Не надо! — строго взглянул я на неё, — Зоя всё правильно говорит! Именно так и нужно к этому относиться. Она всё верно понимает и оценивает, и не нужно пытаться заронить в неё сомнения. Жестоко как раз делать это, а не то, про что она рассказала.

— Прости, Зой, — вдруг без доли иронии сказала Амина, — Алик прав! Не мне тебя судить. Ты молодец и всё делаешь правильно. Это просто у меня дурацкая привычка, высмеивать всё, что вижу.

— Ты это так сказала, что я тебе даже верю, — удивлённо произнёс я.

— А это так и есть, — пожала плечами Амина, — я умею признавать свои ошибки. И сегодня уже не раз это вроде бы делала… мне прям, кажется, что я так и говорила: «Это была моя ошибка». Было ведь такое?

— Может, и было, — сказал я, — честно говоря, не помню.

В воздухе появилась голова Пети.

— Приехали, можно выходить! — радостно сообщил он.

— Чур, я первая! — воскликнула Зоя, — сил моих больше нет терпеть этот холод!

И, скинув куртку, которую дал ей Петя, она на четвереньках подползла к тому месту, где должен был быть выход.