— Знаешь, что, — сказал я Амине после продолжительной паузы. Мы с ней так и продолжали идти рядом.

— Что? — с интересом посмотрела на меня Амина.

— Всё происходящее здесь напомнило мне муравьиную ферму. Раньше были такие. Устраивались колонии муравьёв в замкнутом пространстве, и хозяева смотрели, как они там копошатся и развиваются, — сказал я.

— Да, я знаю, что это, — сказала Амина, — что-то в этом образе есть схожее. Но вот только от муравьиной фермы обычно не зависит чья-то жизнь… разве что кроме самих муравьёв. А здесь Воланд всё это устроил потому, что ему это жизненно необходимо. Но да, он поставил всё это на конвейер. Набрал жителей в свой город и подсасывает из них эмоциональную энергию. А чтобы она у них не затухала, постоянно устраивает игры на выживание. Люди смотрят, болеют за участников, переживают, а он сидит и всасывает выделяемую ими энергию.

— А парковка, на которую мы идём? Там же другое, да? — спросил я.

— Немного да, — сказала Амина, — там обычно устраиваются игры для сильных магов. Потому и пространство выбрано закрытое. Воланд ставит попавших в его руки магов в сложное положение, вынуждает драться между собой. И там уже качество и количество энергии совсем другое! Если на массовых играх, это больше соревнования и он питается эмоциями публики, то здесь уже он всасывает эмоции участников. А когда маги бьются не на жизнь, а на смерть, то энергия просто фонтанирует в этом месте. Она немного другого качества, и замешана на смерти и страданиях. Для него она, возможно, даже более ценна. И ещё большой вопрос, какое из развлечений питает его больше, парк аттракционов или парковка. И здесь, конечно, такого пристального наблюдения за происходящим нет, хотя, естественно, за процессом присматривают, но тут главное сам выплеск энергии. И это может сыграть нам на руку. Если они все сейчас заняты вашими поисками и тем, что случилось в моём склепе, то про парковку могут и забыть на время. Там ведь ЧП произошло, причём такое, какого ещё никогда не бывало. В этом наш шанс. Так что, с одной стороны, эти игры на выживание, мощный источник энергии для Воланда.

— А с другой стороны? — спросил я.

— С другой стороны, он заставляет максимально проявиться попавших в его лапы магов, чтобы понять, что с них можно взять. Ведь дары бывают неочевидны. Или, например, один дар на виду, а у человека ещё есть в загашнике что-нибудь интересное, что не так-то просто увидеть. Вот Воланд и пытается всех вскрыть, и если находит что-то уникальное, чего ещё в его коллекции нет, то копирует этот дар. Или смотрит, как можно человека по-другому использовать себе на пользу. Если человек относительно лояльный, его можно завербовать, и он пополнит население города. Если нет, то можно и на цепь посадить, чтобы заставлять работать на себя. Ну, ему-то это не в новинку, он это давно практикует! — многозначительно сказала Амина, имея в виду свою судьбу, — Но это всё, естественно, относится только к тем, кто в этой мясорубке выжил. К победителям. Лузеры его не интересуют. В общем, Воланд создал здесь свой мир и правит в нём безраздельно.