— Это же… ты представляешь, что мы можем теперь сделать, — глотая слова, затараторил Ганс. — Да мы все эти пещеры обдерём до нитки…

— Кстати, по поводу этого, — перебил его Саймон, скрестив руки на груди. — Как собираешь возвращать украденное?

— Что? — не понимая, спросил аристократ, увлечённый перспективами скорого обогащения.

— Нужно положить назад, что взял, прежде чем заметят пропажу, — настаивал тренер.

— Да ничего я не буду класть. Скажем, эта сраная жаба утащила или кто-нибудь ещё.

— Доиграешься ты Ганс, не к добру это.

— А может, возьмём ещё? — с надеждой посмотрел тот на учителя. — Всё равно ведь заметят, так можно…

— Всё заткнись, слушать тебя не хочу, — отмахнулся от него Саймон. — Предлагаю разделать эту гадость, и отправится домой, — сказал он ученикам.

— А что с неё можно взять? — спросил Ник, ему не терпелось голыми руками порвать эту лягушку, хоть она уже и была мёртвой.

К сожалению, они не взяли с собой специальной тары для всяких смертоносных веществ, ведь отправлялись за летающими монстрами, так что вариант с желудочной кислотой отменялся. Решили нарезать лоскуты кожи, а также в качестве доказательства ликвидации угрозы пару зубов. Их нужно будет предъявить для получения награды.

Ник с лёгкостью раздвинул сжатые челюсти, а Саймон, проворно работая мечом, сделал несколько разрезов и вырвал пару клыков. Кстати, по поводу силы, ведь у учителя тоже были внушительные показатели мощи, но использовал он их крайне редко.

Выяснилось ещё, что сенсей и спринтер неплохой. Дальше Ник помогал сдирать кожу, а также на глазах у удивлённого Ганса сломал жабе пару костей.

— Да что ты будешь делать? — завёл руки за голову аристократ, а Ник, чтобы ещё больше поугорать над другом, взялся за нижнюю конечность и протащил эту многотонную махину несколько метров.

Правда, ногами зарылся в землю от усилий, и за ним растянулась вспаханная борозда.

— Ну, всё хватит, мы поняли, какой ты классный, грузи кожу и идёмте уже отсюда, — скомандовал Саймон.

Ник, будто у него отобрали игрушку, отпустил перепончатую лапу, но в последний раз решил кое-что проверить и ударил кулаком в мясистый участок. Он пока не знал предела своей силы. Навскидку задействовал процентов тридцать. Кожу Ник не пробил, а вот собственная кисть неприятно хрустнула и стала красной.

Чёрт. Он идиот.

— Ты идиот, — вздохнул Саймон и пошёл за вараном.

— Ты как? — сочувственно спросил Ганс.

— Ну… — если честно хотелось заорать от боли, — т-терпимо.

Рука уже начала опухать. Похоже, он не сможет использовать всю свою силу на полную катушку. Ведь его кости и мягкие ткани просто разлетятся к грёбаной бабушке!