— Из его родителей? — удивлённо повторила тётушка. — Никто. Они не были осветлёнными.

Алиса и Софья удивлённо переглянулись.

— Должно быть, кто-то из дальних родственников? — Юлия Ромодановская озвучила то, что вертелось у всех на языке.

— Мой отец, дед Аскольда, был осветлённым, — кивнула женщина. — Но у него был другой… эм… тип. Огонь. Вроде бы по линии отца Аскольда и Бори тоже были осветлённые, но я не знаю с каким типом.

— Атрибутом, Марина Сергеевна, — мягко поправила её боярыня Морозова. — Это называется атрибут. Ох, посмотрите на арену!

Тем временем водяные деревья исчезли, превратившись в бесчисленное множество водяных зверей. И звери эти как по команде атаковали Аскольда.

— Шереметев пошёл ва-банк, — процедила Софья.

Сжав кулачки, она, как и все остальные зрители, неотрывно смотрела на арену.

Водяные звери облепили Аскольда, полностью скрыв чемпиона «Алой Мудрости».

— Давай… давай же! — тихо рычал Борис.

— Выбирайся, Аск! — закричал Глеб.

В руках облачённого в полный стихийный доспех Шереметева появилось водяное копьё. Вода в нём угрожающе вращалась, а через секунду доспех на спине боярина исчез.

— Скоро всё кончится, — с уверенностью заявила Яна. Она понимала, что сил поддерживать полный доспех у Шереметева не осталось, и он всё поставил на финальную атаку.

Сорвавшись с места, боярин пробежал несколько метров и вонзил копьё в замерший на одном месте огромный клубок из водяных зверей.

Трибуны притихли.

— Нет… не может быть… — в полной тишине голос Марины Сидоровой прозвучал невероятно тоскливо.

— Хах, похоже, моя ставка выиграла! — радостно воскликнул один из дворян, сидевших неподалёку и открыто болевший за Шереметева.

— Это ещё не конец!

— Он победит!

— Давай же Аскольд!

— Ну же!!!

Голоса людей из группы поддержки чемпиона «Алой Мудрости» слились в единый гул.

Именно в этот момент из-под шара почти что сросшихся друг с другом водяных зверей пробежала золотая молния. Сначала одна, потом вторая…И вот уже треть арены покрыта золотыми молниями.

Одна пронеслись по водяному копью и ударили в боярина Шереметева. Боярин отпустил копьё, хотел отступить…

Но разорвавшие водяной шар золотые руки устремились к нему и схватили за плечи.

А затем показалось сияющая золотом голова и торс.

Удар!

Притянув к себе Шереметева, Аскольд, что было мощи приложился лбом о морду льва — шлем боярина.

Водяные звери и остатки доспеха начали исчезать. Боярин попятился, а золотая фигура наконец-то полностью освободилась. Шагнула вперёд левой ногой, правая оторвалась от коврового покрытия арены, тело закружилось…