— Виктор… — внезапно пробормотал Наставник и повернулся ко мне. — Откуда вы его знаете, господин? Чем помогли, если не секрет?
— Дал денег на такси чересчур уставшему от жизни человеку, — усмехнулся я.
— Уставшему от жизни… Виктор… Не может быть?! — Вадима точно молнией поразило, и он замер посреди тротуара.
— Ты знаешь этого мужика?
— Не уверен… Но рожей он смутно похож на одного из бывших Слуг рода Изотовых, — напряжённо проговорил Вадим. — Если это тот Виктор, то раньше он был весьма пробивным мужиком, и, вроде бы, управлял коммерческим отделом предприятия, — нахмурился Наставник, пытаясь припомнить детали. — Да, вроде так. На фабрике по производству игрушек… Причём тогда он был довольно молод, а уже занимал высокую должность. После поражения в войне Изотовых, я слышал, эта фабрика ушла в оплату долга бывшим партнёрам. И, вроде как, небоевые Слуги на ней остались.
— Мужик, который напивается с нищими, без денег на такси… не особо-то похож на успешного человека, — задумчиво проговорил я.
— Да, если это он, то жизнь и в самом деле его потрепала, — хмуро проговорил Вадим.
— А чего гадать? — хитро улыбнулся я.
— А? — не понял Наставник. — Вы не предлагаете выбросить это из головы, значит…
— Да, вместо того, чтобы гадать, разузнай о нём побольше.
Глава 14
— Да нет же, Мара, носок тянуть нужно! — со вздохом произнёс я и покачал головой.
— Прошу прощения, Аскольд Игоревич, — виновато проговорила красивая черноволосая девушка. Как и две другие девушки, стоявшие на небольшой сцене, она была одета в спортивные штаны и футболку, висящую мешком.
— Анжелика, — повернулся я к блондинке, — ты слабо выгибаешь спину. Больше грации! Амбер, — мой взгляд застыл на рыженькой, самой старшей из троицы (правда, ей всего двадцать три), — ты, как всегда, огонь. Взгляд выразительный, чувствуется страсть, но техника хромает. Нужно больше работать над движениями. Больше отточенности.
— Поняла, Аскольд Игоревич, — томно проговорила она и поклонилась.
— Три минуты перерыв, и всё заново, — объявил я.
Девушки отошли в сторону и уселись на край сцены. Я же позволил себе развалиться на пластиковом стуле.
— Знаешь, Аскольд. Я до сих пор поражена, что тебе в голову пришла эта идея, — задумчиво проговорила тётя Мари.
В нашей компании она теперь была правой рукой Вадима, кроме того заняла пост управляющего клуба. Так что её присутствие на репетиции танцовщиц было вполне логичным.
— Но ещё больше меня поражает, с каким рвением ты пытаешься поставить танец. И ведь надо было придумать такое… крутиться на шесте, изгибаться, раздеваться… И я прям уверена, что рисунок танца отчётливо сложен у тебя в голове… Аскольд, ты стал таким… Странным.