В итоге взял сотейник, пару кружек, разделочную доску, набор ножей и по паре вилок и ложек, чайных и для супа. Получилось всё вместе почти на 15 рублей. В конце концов, не каждый день такие расходы.

С цен я всё время посмеивался, что не ускользнуло от внимания моей наблюдательной спутницы.

— Вы так всё время ценам удивляетесь! У вас, наверное, совсем всё по-другому?

— Начнём с того, что у нас цены никто не контролирует, и в соседних магазинах они могут отличаться на порядок.

— У нас цены тоже давно достаточно свободные, — пожала плечами Майя. — Это на старых предметах цена прямо в металле, штамп стоит или гравировка. А сейчас есть рекомендованная цена, но магазин не обязан ей руководствоваться. Но и слишком повысить нельзя, у них просто покупать не будут. Рекомендованные цены общеизвестны.

— Хм, интересно! Тоже последствия Перестройки Андропова?

— Именно! Я читала, что экономисты предлагали совсем цены отпустить, но нашлись противники этой идеи, боялись, что начнётся неконтролируемый рост.

— Правильно боялись, — кивнул я, — у нас так и произошло. Доходило до того, что утром люди получали зарплату, а вечером на неё булку хлеба было не купить.

— Ужас! — глаза девушки вылезли из орбит. — А как выживали?

— Плохо, очень плохо. Кто огородом, кто натуральным обменом, а кто и не выжил. Одни спились, другие скололись… — увидев в глазах Майи непонимание, я пояснил: — на иглу подсели, наркоманами стали. Ну и умерли. Лет двадцать подряд численность населения страны только уменьшалась.

— Ну а сейчас? Вот то, что ты сейчас купил, — она снова обратилась на ты и сама не заметила, — сколько бы у вас там стоило?

— Смотря где покупать, и какого качества… Наверное, тысяч пять. Давно ничего такого не покупал… дешёвого.

— Ого! — она даже остановилась. — А какие же тогда зарплаты?

— Ну, у меня обычный работяга на заводе тысяч сорок получает, но не везде так. А кстати, у тебя самой какая зарплата? Если не секрет, конечно.

— 125 рублей в прошлом месяце было, — Майя прикинула что-то в уме, даже остановилась, прикусив кончик языка от усердия. — В пересчёте на стоимость посуды, получается, где-то так же, как у вашего работяги.

На втором этаже нашёлся отдел одежды, и я прикупил себе спортивные штаны, несколько футболок, мастерку, ну и трусов с носками. А то как полёвку выдали, так в ней и ходил, больше ничего, даже старую одежду забрали! Минус ещё 12 рубликов…

Непередаваемое ощущение, когда ещё на прошлой неделе прикидывал доходы до конца месяца в миллионах, а сейчас прикидываю, сколько мне остаётся, в рублях. В рублях и копейках! Потому что копейка рубль бережёт — сразу всплыла из глубин памяти мудрая мысль.