— Знаете, господин ректор, спасибо за доброту! — сказал я. — Но это всего лишь деньги, а они у меня есть. Там же не больше чем в пять-шесть тысяч золотых операция обойдется, я уже наводил справки. С другой стороны, я был бы признателен, если бы вы дали мне возможность за такую же плату, как в городе, пройти лечение у лучшего профессора на факультете лечебной магии. Я запланировал этим заняться сразу после практики в одной из городских клиник, но, конечно, предпочел бы довериться нашему специалисту, учитывая тот высокий уровень, что демонстрирует профессура Академии!

Видно было, что ректора я выбил из привычной колеи, хотя он почти этого не показал. Но все же характерно промедлил, прежде чем ответить:

— Приятно слышать, Эйсон, что ты не нуждаешься в финансовой поддержке! И конечно, для нашего студента мы с удовольствием пойдем навстречу — я распоряжусь, чтобы твоей ногой занялся лично декан факультета, он очень опытный специалист!

— Очень признателен за помощь, господин ректор! — улыбнулся я и с энтузиазмом продолжил: — И, видя такое доброе отношение к студентам первого курса с вашей стороны, я бы тоже хотел поучаствовать в благотворительности. Если вы не против, я буду готов профинансировать еще одну такую же стипендию для студентов первого курса, как та, что вы планируете учредить. В той же сумме, как и ваша. Единственная просьба — чтобы то, что я ее персональный учредитель, осталось в тайне. Пусть она будет учреждена от лица всего моего клана.

И опять ректор чуток промедлил, прежде чем ответить. Да, я очевидно поломал ему весь запланированный сценарий. Должно было быть все просто — он выказывает участие и покупает послушного жениха, пусть и из деревни, для своей строптивой дочки, как последний шанс вообще выдать ее замуж, я рассыпаюсь в благодарностях и ем из его рук. А все пошло совсем не так. Но все же он преодолел удивление и сказал подчеркнуто бодрым тоном:

— Приятно видеть такое стремление к филантропии, Эйсон! Конечно, я поддержу и это твое предложение. С тобой свяжутся из бюджетного отдела в ближайшие дни по поводу придуманной тобой стипендии. Рад был с тобой лично познакомиться!

Это означало, что аудиенция закончена, и я, вежливо попрощавшись, покинул кабинет ректора. Секретарша, когда я выходил, посмотрела на меня с интересом, но тут же снова вернула неприступное выражение лица. Похоже, она точно была в курсе, зачем меня вызывали, хоть и не пожелала ответить мне на лестнице. Ну, в принципе, это было логично — сколько бы я ни видел секретарей серьезных начальников, они всегда знали больше, чем даже их заместители. Вежливо попрощавшись, вышел из приемной и пошел к лестнице, еще раз вспоминая наш разговор с ректором. Нет, я положительно неплохо его провел!