На нашу схватку многие хотели бы посмотреть, но тренер отнесся к этой идее негативно. С его точки зрения, студенты на его плацу должны постоянно быть заняты развитием своей формы — так что он дал команду своим помощникам, и тут же все помчались вокруг плаца. Поэтому когда после разогрева мы с ним вступили в поединок, зрители могли посмотреть на нас только издалека.

Джамир действовал осторожно, я тоже никуда не спешил. В результате первую минуту мы просто меняли стойки, провоцируя друг друга на атаку. Затем он все же атаковал меня первым. Удар левой ногой по бедру, шаг вперед в попытке достать левым кулаком в челюсть, затем подсечка правой ногой. Первая атака была великолепной иллюстрацией принципов его школы — атаковать на разных уровнях с разных сторон, постоянно держа противника в напряжении, пока он не сделает ошибку. Удар по бедру я блокировал правой рукой, удара в челюсть избежал, сделав шаг назад, а ногу, которую он пытался подсечь, просто поднял. Я же на нее не опирался, такую ошибку в этой стойке делают только совсем уж зеленые новички. Тренер мне продемонстрировал классическое начало атаки, которое я в будущем выучил у его учеников, а потому был полностью к нему готов. Джамир одобрительно хмыкнул и осуществил очередную связку, к которой я тоже был полностью готов, и всех ударов избежал. Вот только в самом ее конце и сам попытался его ужалить встречным ударом в челюсть, пока его тело по инерции шло на меня. Джамир присел, позволяя моему кулаку скользнуть по его бритой макушке, и попытался схватить руку на излом — я избежал этой атаки, резко шагнув вправо.

Мы с ним кружились в поединке минут шесть, раз пять я пропускал удары, но не фатальные, два раза и мне повезло достать тренера, но все же не полностью восстановленная координация меня подвела — меня занесло, закрутило, и шестой удар тренера прошел в почку. Меня как лошадь лягнула — если тренер бил, то делал это на совесть. На этом поединок пришлось закончить за моим поражением.

— Если бы сам сейчас не видел, то не поверил бы — ты дерешься так, словно тебя несколько лет с утра до вечера без продыха тренировал мой лучший ученик. Вот только проблема — я в Академии всего три года, и ни один из моих учеников из ее стен еще не вышел. А во время каникул тебя никто не смог бы так обучить. Да и твои братья, надо признать, вовсе не мои лучшие ученики, — пробормотал задумчиво Джамир, вроде бы и для себя, но так, чтобы я тоже мог услышать. — А с другой стороны, чувствуется, что у тебя есть еще и дополнительные знания. И вот откуда все это?