И одно дело, когда закладываешь бомбу возле палатки с врагами, где ее отделяет от них только тонкая ткань, а совсем другое — когда работаешь в доме. В старых домах иногда бывают такие прочные и толстые внутренние стены, что их не каждой бомбой прошибешь!

Впрочем, это не означало, что я все же не попробую взорвать графа сразу же после решения второй проблемы, остававшейся прежней — слишком высокий пост он занимал. Надо все же постараться, чтобы он потерял его, и вот тогда я обязательно что-нибудь придумаю. Ну, а не получится с первого раза — будем устраивать другие покушения, пока его не убьем.

Сегодня же я преследовал две цели — ударить по финансам графа и украсть доказательства его преступной деятельности. На днях я передал юристу новое поручение — найти того, кто претендует на место Жерно. Помощник камергера — очень выгодная позиция, на ней можно брать большие взятки. Не может такого быть, чтобы никто не хотел занять это место. Те кланы, что пострадали от деятельности Жерно, к сожалению, были примерно одного уровня с его кланом. Жерно стал помощником камергера, конечно, не только через взятку — видимо, камергер хорошо знал его и считал, что он справится на этой работе со своими обязанностями. Поэтому, даже если мне удастся вынести компромат из дома и передать взбудораженным нами кланам через посредников, — не факт, что они сумеют его правильно использовать. Для этого надо иметь выход на камергера. Но если те же документы попадут в руки кого-то, кто претендует на место Жерно и хорошо знаком с камергером… Уж этот человек сможет использовать их наиболее эффективно, чтобы сместить графа!

Но если даже не сумеет использовать, то, украв его записи, я заставлю Жерно как следует помучиться! Это же тоже месть. Даже приятно представить, как он отреагирует, когда увидит, что пропали все документы, свидетельствующие о многолетней преступной деятельности. Как он перепугается! И, мало ли, если совсем уже повезет, сам уйдет в отставку и поспешит скрыться. На этот случай я уже распорядился, чтобы за ним установили плотную слежку — не хотелось бы потом его годами разыскивать.

Корнел остался сторожить моего коня, а я продолжил путь в одиночестве. В охраняемый квартал я планировал попасть тем же способом, как и в прошлый раз — с соседней неохраняемой улицы. Вот только, едва свернул на нее и сделал буквально пару десятков шагов, вокруг возникло множество фигур в балахонах с накинутыми капюшонами.

— Кто такой? — требовательно спросил самый высокий из более чем десятка людей. Лица его не было видно, как, впрочем, и у других — слишком глубокие у них были капюшоны. Видимо, способ маскироваться для тех, кто не любит, в отличие от меня, использовать маски.