Эйсон, Академия

Тем временем, несмотря на то что ситуация была откровенно непростой, пришло время делать операцию на моей ноге. С профессором Делертеном уже связались из ректората, так что он ждал меня. Пришел к нему вечером после последней пары — операция, как договорились, не должна негативно повлиять на учебу. Оплатили мы операцию заранее, так что после краткого обследования профессор велел залезть и лечь на стол.

Дальше началась долгая кропотливая работа. Обезболивание было полным, поэтому смотреть мне не мешали, разрешив полулежать на двух толстых подушках. Зрелище было впечатляющим — часть костной массы в колене профессор удалил, затем начал ломать кости и правильно их складывать. Крови было немного, основные артерии профессор аккуратно обходил. Где-то через полчаса Делертен меня похвалил:

— Молодец, спокойно все воспринимаешь! А то у нас сейчас учится полно молодежи, что, увидев такое, просто хлопнется в обморок. И представь, некоторые из них пытаются идти по нашей специализации, на лекарское дело! Вот где здравый смысл у людей? Кстати, у тебя очень крепкие кости — за тебя я рад, это очень хорошо, но операция из-за этого затянется.

Ну да, было бы странно, если бы я распереживался из-за представшей перед глазами картины после всего, через что прошел. Профессионализму профессора я доверял, так что оснований для волнений не видел. У меня был больше профессиональный интерес — лечить, хоть немножко, нужно и самому уметь. Мало ли что удастся тут подсмотреть — не каждый день тебе делают операцию за пять тысяч золотых монет! Сейчас, конечно, с небольшим источником я ни на что не гожусь, но по мере его роста уже смогу использовать более серьезные лечебные заклинания. И многие из них мне знакомы, ими просто нужно будет научиться пользоваться.

Через два часа операция была закончена. Мою ногу накрепко заковали в футляр из специального состава, добываемого из портальных монстров, намного лучше традиционного гипса. Достаточно дорогая штука, только сам материал стоит не менее двух сотен золотых монет. Зато он спокойно реагировал на воду, хоть под проливным дождем в нем гуляй, и прекрасно пропускал воздух. К тому же способствовал и заживлению. Одна беда — чтобы все зажило как можно лучше, ногу заковали в него от щиколотки до самого бедра, и она абсолютно утратила подвижность. До операции я сильно хромал, а как теперь буду перемещаться, вообще непонятно.

— Ну вот, — сказал профессор, любуясь результатом, — если повезет, через три недели можно будет уже и снять! Но у тебя феноменальная крепость костей, впервые такое встречаю в моей практике! Видимо, ты в своей провинции очень правильное молоко пил, полезное!