— Да, ты прав, он зарвался, и пора поставить его на место! — сказал Тивадар. — Может, его вообще удар хватит от ярости, когда он это прочитает, и нам вообще больше ни о чем не придется тревожиться.

— Это вряд ли! — пожал плечами я. — Не верю я в такие счастливые совпадения.

Даркон, Академия

Даркон этим утром никак не был готов к тому, что на него обрушилось. Уже за завтраком он заподозрил, что что-то не так. Слишком много взглядов, как прямых, так и украдкой, было обращено на их сдвинутые вместе клановые столы. Не в своей тарелке из-за этого себя чувствовали и члены его клана, но что-то понять или объяснить не мог никто из них.

— Эй, пацан, это правда, что тут о тебе написано? — спросил его вальяжно подошедший со спины Фанрик. Даркон знал его, конечно, потому что тот был наследником третьего по значению в стране клана и учился на втором курсе. Отец велел ему обязательно подружиться с ним — пока что подходящего случая Даркон не нашел. В руке Фанрик держал какую-то бумажку.

— Кто пишет? Что пишет? — только и смог удивленно спросить его граф.

— Да вот в этой вот бумаге пишут, — и старшекурсник сунул ему под нос свой листок.

Даркон начал читать, и глаз у него задергался. А когда закончил читать, то сжал пальцы так, что ногти вонзились глубоко в кожу. Кто посмел? Откуда узнал все эти детали? Его предали!

— Ну, судя по твоей реакции, похоже, что там правда написана! — глубокомысленно изрек Фанрик.

Даркон в ярости порвал листок бумаги.

— Да пожалуйста, я себе уже сделал копию! — пожал плечами старшекурсник. — Конелюб!

И заржал по-лошадиному, прежде чем уйти. В столовой, которая замерла, пока шел этот диалог, ржание тут же поддержали — Фанрик был популярным в Академии парнем. И из-за происхождения, и из-за того, что им не кичился.

Это оказалось для Даркона уже слишком — вскипевшая в нем ярость искала выхода, он весь покраснел и закричал:

— Хам! Я вызываю тебя на дуэль!

— А, и верно, нового педофила под рукой у тебя явно еще нет, придется в этот раз самому, да, бедолага? — метко поддел его старшекурсник.

И снова столовая отреагировала одобрительным гулом.

Даркон чувствовал, что делает что-то глубоко неправильное, но его несло, он не мог остановиться. Схватив со стола свой стакан с недопитым квасом, он выплеснул его в лицо шутнику.

Фанрик тут же озверел. Улыбка с его лица пропала, он жестко сказал, даже не пытаясь вытереться:

— А вот за это, конелюб, дуэль наша станет смертельной! Я пришлю вскоре секундантов, рекомендую урегулировать свои дела перед смертью — до завтрашнего вечера время дам!