Но оказалось, что Эрли выжила! Профессор не мог понять как — он отчетливо видел, что кинжал вошел по рукоятку в левую сторону груди, в сердце или рядом с ним. Как она смогла продержаться до прихода лекаря? И какой реакции от главы «Воздушников» ему теперь ждать? Не захочет ли тот избавиться от исполнителя, провалившего вчистую не такую и сложную операцию?

Меркин тяжело вздохнул. Наверное, имеет смысл, пока этот вопрос не прояснится, не покидать территорию Академии. Даже если патриарх решит убить его, то, скорее всего, будет ждать, когда он выйдет из Академии. Найти хорошего наемного убийцу можно легко, но вот уговорить его проникнуть на территорию Королевской Академии Магии, чтобы убить мага десятого разряда, — очень непросто. Хотя именно «Воздушники» имеют достаточно денег и влияния, чтобы решить и этот вопрос.

В любом случае в Академии ему будет намного безопаснее. Авось хватит времени, чтобы придумать и реализовать новый план против Эйсона, после которого любые претензии патриарха «Воздушников» к нему будут сняты. И, похоже, что стоит активизироваться по этому направлению. Пусть это будет грубый вариант, не та красивая комбинация, что он придумал до этого, но Эйсон должен умереть. И побыстрее!

Профессор в задумчивости, не обращая особого внимания на то, что делает, провел семинар утром — студенты получили задание еще на прошлой неделе и тихонько корпели над своими тетрадями, радуясь, что Меркин не задает им вопросы.

На следующей перемене, когда он сидел за столом в своем кабинете и ломал голову, пытаясь придумать новый изящный план по устранению Эйсона, кто-то постучал в дверь.

Меркин подошел к двери и распахнул ее внутрь. На пороге стоял незнакомый ему студент.

— Извините, это вы профессор Шенрег? — вежливо спросил брюнет.

— Нет, профессора Шенрега ты можешь найти в кабинете этажом выше, та же пятая дверь от лестницы.

— Мои извинения, профессор! — Явно смущенный своей ошибкой молодой человек попятился с порога. — И спасибо, что подсказали!

— Пустяки! — великодушно махнул рукой Меркин, закрыл дверь и вернулся за стол, к своим невеселым размышлениям.

И только минут через пять вновь вспомнил об этом эпизоде. Что-то его в нем встревожило, что-то было неправильно. К нему явно заглянул первокурсник, поскольку Меркин преподавал на втором курсе, и всех студентов со второго и более высоких курсов, естественно, знал. Странно, что первокурснику могло понадобиться от Шенрега? Он же вообще работает только со студентами четвертого курса! Хотя, кто его знает — мало ли он попросту племянник Шенрега, а то и сын? Тот до работы в Академии был трижды женат, а еще у него было четверо братьев.