— Тише-тише, я хочу, чтобы второй курс ненавидел Равуина, а не меня! — остановил я громкие вопросы от обычно молчаливого брата.

— Это точно, ненавидеть будут, если прознают! — энергично закивал головой Тивадар, перейдя на шепот. — А так да, Равуин влип по полной программе! Уверен, что и жалобы накатают ректору — мол, что это за профессор алхимии, если не знает, какой будет эффект от того, что он смешивает!

— Вот именно, пусть пишут! — обрадовался Корнел. — Может, его уволят или хотя бы зарплату уменьшат.

Я на всякий случай огляделся вокруг — не покажется ли кому-то подозрительным, что мы тут шепчемся? Тут же по этому поводу успокоился — утреннее происшествие обсуждали по всему двору, в таких же группах, как и наша.

На следующий день уже от Джоан мы узнали, что ректор остался очень недоволен происшествием и реакцией на него детей высокопоставленных родителей. Точную причину того, что произошло, выяснить не удалось. Расследование показало, что мешки с порошками, из которых Равуин брал ингредиенты для опытов, никаких лишних примесей не содержат. Про налет на стене колбы можно было догадаться чисто теоретически — но доказать никак. Я узнал также, что Равуина оштрафовали, лишив части зарплаты за допущенную небрежность. Не уволили, конечно, но кто мне мешает выждать еще пару месяцев и нанести новый удар по его репутации? Себя я сдерживать не планировал — если человек ведет себя таким образом, он заслуживает наказания. Главное и дальше действовать аккуратно, чтобы все шишки валились на него.

Вернувшись однажды с завтрака первым, я увидел перед нашей дверью незнакомого парня, открывавшего ключом дверь в нашу комнату. Сначала обалдел от чьей-то наглости — неужто мои враги подослали кого-то вот так вломиться в нашу комнату и ограбить нас? Но меня смутило то, что у ног незнакомца стояла большая и на вид тяжелая сумка — кто же идет на ограбление со своим шмотьем? К тому же он отреагировал на мое появление безмятежно, лишь протянул мне руку, здороваясь:

— Привет! Я Альбрик. Ты мой новый сосед?

Брюнет, чуть выше меня, примерно моей комплекции, черты лица правильные, разве что нос немного выбивается из пропорций — подлиннее, чем требует классическая красота. Одет в походную одежду, явно из дорогого магазина.

— А я Эйсон. Вообще-то нас тут трое живет, — сказал я, пытаясь понять, что происходит. Подселять в комнату к студентам первого курса по всем правилам можно только студента первого курса. Но на нашем курсе не было никого с такой внешностью!

— Вижу, что ты удивлен моим появлением, — сказал Альбрик, — я восстановился с прошлого года. А у вас, мне сказали, как раз в комнате место образовалось.