Другие пленники отреагировали на мою выходку неоднозначно, многие смотрели с осуждением. Однако я не мог позволить нашим до такого опуститься и совершенно не чувствовал сожалений или угрызений совести.

Примерно через час квадролёт всё-таки прилетел. К тому времени раненные перестали стонать и кричать. Либо им помогли, либо они умерли. Как бы это грубо ни звучало, но любой случайный выкрик мог сорвать всю операцию.

Махина с четырьмя крупными винтами зависла над лагерем. Квадролёт представлял собой овал двенадцать на сорок метров. В него без труда смогла бы поместиться и тысяча человек. Да, было бы максимально неуютно, где-то они легли бы даже в два ряда, но всё же он был крайне вместительным.

Оставалось загадкой, сколько поляков пряталось внутри. Там точно находился командир, три члена экипажа и какое-то количество бойцов. Я рассчитывал, что их будет не больше двух десятков, ведь всё-таки они прилетели на разведку, а не для того, чтобы наводить порядок.

Квадролёт не спешил садиться, и я решил взять всё в свои руки. В прямом и переносном смысле этого слова. Я буквально начал размахивать руками, пытаясь языком жестов объяснить, что у нас отсутствует связь и что нам нужна помощь.

Вскоре эта пантомима возымела успех. Тёмно-серая громадина начала опускаться.

Наступал кульминационный момент четвёртой части моего незамысловатого плана по побегу из плена. Если нам удастся захватить целый квадролёт до того, как поляки свяжутся с базой, то дело останется за малым.

— Всем приготовиться! — выкрикнул я на польском. — Действовать строго по протоколу! Никаких отклонений!

Птичка села рядом с нами, и я направился к открывающемуся шлюзу. Внутри мне удалось увидеть шестнадцать солдат в одинаковой форме и одного офицера. Все они готовились сойти на землю.

А пока выезжал трап, я мысленно рисовал возможную схему машины, с которой ещё никогда не связывался.

— Что у вас тут случилось⁈ — с порога заорал рослый офицер с козлиной бородкой и длинными усами.

— Восстание рабов! — громко ответил я, стараясь перекричать шум останавливающихся винтов. При этом пришлось исполнить их стандартное воинское приветствие с двумя пальцами. — Сначала сдетонировали запасы абсолютиума, а потом рабы как с цепи сорвались!

— Я не вижу среди вас ни одного офицера, — командир пробежал глазами по всем подставным солдатам.

— Пан Жак находится в том ангаре, — я показал в нужном направлении. — Он серьёзно ранен и нуждается в срочной госпитализации.

— Вы двое, берите носилки и бегом туда! — приказал командир, повернувшись к своим людям. — Остальные за мной!