— В общем… Госпожа Анастасия позавчера вышла замуж.

— Че-е-е-его-о-о-о? — протянул граф и от удивления, сел обратно на лавку. — За кого⁈

— Помните того цыгана Ромку, которому вы сломали пальцы? — прошептал Борис.

— Стоп! А почему позавчера⁈ Поэтому ты так выглядишь⁈ — Леонид понимал, что запахло жареным.

— Если позволите, я начну сначала…

С каждым новым фактом лицо Леонида всё сильнее бледнело, и его можно понять, ведь избалованная дочка пустилась во все тяжкие. Мало того что она связалась с цыганом, так ещё и разогнала почти всех слух, истратив все накопления. Дошло даже до того, что в ход пошли старинные семейные реликвии.

Но и это были лишь цветочки.

Как только Анастасия узнала, что её отец жив, тут же поспешила в ЗАГС. И она не просто вышла за этого Ромку, идиотка назначила его главой семьи, на бумаге сделав графом.

Эта новость привела Леонида в бешенство. Таким злым я его ещё не видел.

Борис несколько раз пытался предупредить своего господина, но его не пустили в госпиталь. А когда Анастасия узнала об этом, то приказала спать в машине и насильно сбрила бакенбарды, которыми так гордился водитель.

— М-да, ну и дела, — подытожил я, глядя на поседевшего Леонида. — Но раз ты жив, то всё можно вернуть. Ну или хотя бы часть. Как минимум развенчать этого самозванца.

— Сейчас же вези нас в Бюро! — прорычал Леонид.

— Слушаюсь, Ваше Сиятельство! — Борис так разнервничался, что забыл открыть дверь своему господину. А когда понял оплошность и поспешил её исправить, мы уже сидели на заднем диване.

— Нет, ну это надо же! Я всего от неё ожидал, но выйти за этого напыщенного гондона⁈ — Леонид открыто негодовал и активно размахивал руками. — Придушу обоих!

— Подозреваю, твоя дочь попала под его влияние. Вот он и выжал из неё все соки, — предположил я, дабы хоть как-то поддержать беседу. А затем увидел бегущую в нашу сторону медсестру. — Похоже, это по нашу душу.

— А? — Леонид выглянул в моё окно. — У меня плохое предчувствие…

— Спрошу, что ей нужно, — я вышел и направился навстречу немолодой женщине в халате. Она несла в руках ни то тетрадь, ни то дневник.

— Успела! Фух, успела, — переводя дыхание, выпалила она. — Вот, возьмите.

— И что это? — я забрал тетрадь и открыл первую страницу. Там находился рисунок карандашом, на котором (скорее всего) я расправлялся с охранниками в шахте. — Довольно неплохо. Очень даже неплохо. Благодарю.

— Я передам вашу благодарность автору, — женщина села на скамью и опустила голову в тщетных попытках отдышаться.

— И кто же он? — я быстренько пролистал и обнаружил ещё дюжину качественных рисунков, описывающих весь наш побег. — Не могу не отметить, что художник чрезвычайно талантлив. А если учесть, сколько дней ему понадобилось на сие творение, ещё и чертовски продуктивен.