Мой взгляд устремился дальше за пределы статуи, где стоял Базалес и также смотрел на меня. Он даже не испытывал ненависть, он был удивлен и ошарашен. Он не понимал, почему я до сих пор жив. Почему я смог пережить его атаку. Да, я ранен и лишился руки, но я жив. А еще… Я невольно рассмеялся. Вместо четырех рук из торса Базалеса торчали четыре обрубка. Он пожертвовал своей плотью ради последней атаки, обрушившейся на меня.

Его щиты все еще пылали. Сотни атак, направленных на него, не достигали цели. Лишь клинок Ардуила, что вгрызался в его плоть, наносил дьяволу ущерб, пытаясь добраться до одного из сердец дьявола. Но Базалес, казалось, этого не замечал. А в следующий миг его накрыла тьма, будто дьявола заволокло темной пеленой.

— Что⁈

И тут до меня дошло. Меня опередили. Упущен момент, когда я мог добить древнего врага одним ударом. За меня это сделал кто-то другой, смелый, решительный и быстрый.

Ярости моей не было предела. Этого я допустить не могу!

Раз так, значит, умрут оба, и Базалес и тот неизвестный демон, что вознамерился забрать мою победу. У меня осталось ровно двенадцать зарядов магии Ардуила. Помнится, он говорил, что не стоит совмещать даже два заряда, но я уже использовал и три, чтобы отразить атаку дьявола. А почему бы не попробовать использовать все разом и плевать, что будет дальше. Главное, что победа должна быть за мной.

Что-то повествовал древний бог Зириус, но мне было абсолютно плевать. Какое это имеет значение, если я собрался побеждать или погибать без альтернативных вариантов и полумер.

Слова древнего заклятия, которое я и не мог знать, рвались из меня, будто древнее божество, которое когда-то выковало Ардуила и дало ему неведомые способности, говорило прямо сквозь меня, изливая свою магию под куполом божественного испытания.

Казалось, мир и вовсе остановился. Зириус, почувствовав чужое вмешательство, принялся вопить и требовать прекратить возмутительные действия, да только кто его послушает.

Ментальный клинок, перевитый песком, совсем небольшой, едва с ладонь размером, впитал в себя всю магию, которая во мне была, а главное, божественную магию Ардуила, которую он жертвовал так щедро, будто заранее готовясь к этому последнему удару. А я готов был этот удар нанести, не взирая на последствия. Пускай сам погибну, но я одержу победу, и мой удар будет последним. Я поставлю точку в этой битве!

Стремительный клинок полетел вперед, и я знал, что он столь же смертоносен, как последняя атака Базалеса. Вот только на этот раз некому будет встать между мной и дьяволом…