— А разговоров-то было, — хохотнула девушка.

Внутри шара открылась полость, в которой хранился тёмный сосуд, едва светящийся во мраке. Это была та самая филактерия, и она принадлежала очень могучему архидемону. От маленького сосуда так и повеяло разрушительной мощью. А еще повеяло чем-то знакомым. О да. Это был ее отец. Она по это запаху чувствовала. Нутром ощущала, что душа — родственная ей.

Она не ждала никаких сантиментов от демона. Ей было плевать, что он почувствует к ней и почувствует ли вообще. Она понимала: от демонов не стоит ждать ничего хорошего. Но часть ее сущности, принадлежащая человеку, нуждалась в этой встрече. К слову, демоническая часть её естества, питала очень сильное любопытство. Ей было важно поглядеть, в кого она уродилась и благодаря чьим генам стала столь смертоносной.

Лилит, наконец, приготовилась начать ритуал, как вдруг ощутила присутствие кого-то очень сильного и опасного. Она вскочила на ноги и тут же приняла боевую форму. Ее лицо вдруг почернело, став маской смертоносной фурии, способной с одного удара убить практически любого противника, который не сумеет защититься.

Стоило мелькнуть неясной тени, как в ту сторону тут же полетела сокрушительная атака. Правда, он так и не достиг цели, пролетев мимо. Вслед за этим последовал издевательский смех.

— Сильно, сильно, дорогая моя. Вот только меткости тебе не хватает, — прямо из воздуха появился Велиас.

— Я ждала тебя, архидемон, — произнесла Лилит сосредоточенно.

— Зачем звала? — спросил он, с любопытством оглядывая плато.

— Ты же и сам знаешь, зачем я тебя позвала. Прекрасно знаешь. Ты это в моих мыслях прочитал, да и я не особо скрывалась. Один только Базалес не видит очевидного.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — Велиас принялся демонстративно полировать когти о (какой?) наплечник.

— Базалес умрет, как собака. Жалкий, слабый, неспособный защитить свою жизнь, — Лилит говорила жёстко и бескомпромиссно. — И вот вопрос, кто погибнет вместе с ним. Я лично не собираюсь.

— Ты давала ему клятву, и он тебя обязал, — невозмутимо заметил архидемон. — За один только этот разговор ты можешь лишиться жизни, глупая девчонка. Все-таки люди совсем безмозглые, а эта часть твоей сущности превалирует над тобой настоящей.

Велиас принялся со скучающим видом оглядываться по сторонам, будто искал, чем бы ему еще заняться, раз скучный разговор не клеится.

— Твои ужимки абсолютно глупы. Ты уже пришел, зная, о чем будет диалог. Так что давай-ка обойдемся без театральщины и набивания себе цены.

Демон закатил глаза.

— Ладно уж, излагай.