— Всего доброго, господин староста, пойдём мы дальше, — поклонился я ещё раз. Вежливость никогда не бывает лишней. Особенно, в Японии, где не достаточный по глубине, по мнению собеседника, поклон при прощании, был весомым основанием для серьёзной обиды.

— Удачи вам в поисках — поклонился в ответ он.

Ну что ж. Это было бы слишком просто, если бы мы сразу её нашли. Под вой собак мы вышли из деревни и пошли к следующей.

— Почему… Почему они все так на меня реагируют? Что я им такого сделала? Смотрят на меня, как на какое-то чудовище… — Мимико совсем поникла, голова наклонилась вниз, волосы полностью закрыли её лицо, — Никто… Никто меня не любит… Все боятся и ненавидят меня… — её ник замигал, то окрашиваясь красным цветом, то возвращаясь к нейтральному жёлтому.

— Я не боюсь. И не ненавижу тебя. — мы остановились, и я присел рядом с ней на корточки.

— Послушай. На самом деле, абсолютно не важно, как к тебе относятся посторонние. Важно только мнение тех, кто действительно дорог тебе. Пусть думают что хотят. Ты не чудовище. И у тебя будет много друзей, если ты сама этого захочешь, которые будут дорожить дружбой с тобой. А на остальных просто не обращай внимание.

— А ты… Ты тоже будешь моим другом, Кео?

— Я уже твой друг, Мимико, — потрепал я её по макушке, — Хватит грустить. Пойдём. Нам ещё маму твою искать.

— Хорошо, — она опять взяла меня за руку и мы пошли дальше. Цвет её ника сменился на тёмно зелёный. Я догадывался, что это означает повышение моей репутации у неё. Но почему же нет никакого системного уведомления? Странно это всё как-то.

* * *

Жители деревни Маккари встретили нас настороженно. Если к вою собак и исчезновению с улиц кошек мы уже привыкли, то к тому, что при виде нас и люди будут разбегаться по домам, мы оказались не готовы.

Когда мы подошли к дому старосты, улицы совсем обезлюдели и только вой собак нарушал тишину улиц.

— Здравствуйте, уважаемые. С какой целью вы пришли к нам в деревню? — староста встретил нас на крыльце своего дома, с лёгкой опаской посматривая на Мимико.

— Добрый день, уважаемый, — поклонился я ему, — Мы ищем маму этой девочки. Маму зовут Ишшико, а девочку Мимико. Не слыхали ли вы что-то о них? Девочка не помнит, где она жила.

— Ишшико и Мимико, говоришь? — староста задумчиво смотрел на нас, явно пытаясь на что-то решиться.

— Да, уважаемый. Мимико очень скучает по маме…

— Ну что ж… Я как чувствовал, что этот день придет. Ты точно хочешь знать, где твоя мама? — неожиданно обратился он к Мимико.

— Да, господин…

— Тогда пойдёмте. Только боюсь мне нечем вас порадовать. Эхэхэх. — тяжело вздохнул он, спустился с крыльца, и приглашающе махнув нам рукой, чтобы мы шли за ним следом, куда-то пошёл.