Выглядел он нетипично для Фолкбурга и меня заинтересовал. Я вообще до сих пор не помню ни одного монголоида в Эделлоне, а тут типичное лицо степняка. Даже манера плетения бороды не европейская.

— Называйте меня Джан, Мастер, — подчеркнул он новое обращение, подходя ближе к моей стойке.

— Что ж, господин Джан, как пожелаете, — улыбнулся я, подмечая скрытый каламбур. — Чем могу помочь?

Вежливое обращение «господин» здесь приравнивается к «уважаемый», а «джан» — особое окончание на нескольких восточных языках, и на русский переводится в смысле «дорогой», как знак расположения и уважения. Вот и выходит, что господин Джан практически звучит как «уважаемый уважаемый».

Он не выглядел стариком, тянул максимум на сорок с небольшим, и то исключительно из-за гладко выбритой головы. Полагаю, надень он сейчас тюбетейку, и где-нибудь в Татарстане сошел бы за местного.

— Мой друг недавно обращался к вам с просьбой отыскать некую особу, которая навредила его подчиненному, — издалека зашел Джан, аккуратно прощупывая почву. — К сожалению, прошлого благодетеля приговорили к каторге, так что нам пришлось потратить немного времени, прежде чем мы вышли на вас, господин Кир.

Что ж, в логике им не откажешь. Впрочем, нельзя сказать чтобы я скрывал связь с Мастером. Так что даже удивительно, сколько у них ушло времени, чтобы сложить два и два.

— Предположим, я о чем-то подобном слышал, — кивнул я. — Не откажетесь от чашки чая? У меня и угощение имеется, полагаю, вы оцените сладости из меда и орехов.

Мужчина улыбнулся.

— Похоже, зря мои друзья утверждали, что вас удастся обмануть, господин Кир, — сказал он. — Но от предложения вынужден отказаться. Увы, но я очень тороплюсь, и к вам заглянул только для того, чтобы передать просьбу старого друга.

— Я с удовольствием ее выслушаю, — кивнул я.

— Сегодня в известном вам месте в полночь вашего дядюшку будут ждать для крупного заказа. Подробностей я не знаю, но уверен, внакладе Мастер не останется.

Я снова кивнул.

— Что ж, благодарю, что сообщили, господин Джан.

Он слегка поклонился, продолжая улыбаться, после чего покинул лавку. А я выждал еще пару минут и только после этого стал отключать взведенную систему безопасности.

Это продавать боевые артефакты я права не имею. А вот обезопасить свой дом — запросто. Поэтому на потолке, стенах и полу спрятаны огненные ловушки. Если бы этот татарин решил мне навредить, от него даже пепла бы не осталось.

Вздохнув поглубже, чтобы успокоить нервы, я закрыл входную дверь и спустился в подвал. Дия трудилась над своими зельями, клепая коагулянты под заказ гильдии лекарей. Мое появление не стало для нее сюрпризом — к чернокнижнику вообще сложно подобраться незамеченным.