На несколько секунд в комнате стало очень тихо. Я расслышал, как на первом этаже скрипят половицы — наша прислуга занималась своими делами. За окном сияло солнце, подбираясь к полудню. Шторки были раздвинуты, и мне было видно, как блестят начищенные стоки под крышей соседнего дома.

— И как с этой историей связан ты? — подал, наконец, голос Хэммет.

Я хлопнул себя по коленям и попробовал встать на ноги. Дия попыталась мне помочь, но я легко отстранил ее протянутые руки. Ни головокружения, ни каких-либо других последствий моего обморока не случилось.

— А я заключил с Марханой сделку, дознаватель. Я должен исправить эту несправедливость. Богиня, даровавшая людям магию, невиновна в Катаклизме. Так что теперь я выполнил свою часть договора. Ведь ты передашь мои слова в Аркейн.

— Это не объясняет печатей, — нахмурился тот.

— На этот счет ничего сказать не могу — сам не до конца понимаю. Но, полагаю, это связано с теми знаниями, которые передала мне Мархана.

Пожалуй, если бы я хотел произвести больший шок на дознавателя, сложно было бы подобрать подходящие слова. Но надо признать, обдумав сказанное, он кивнул и поднялся на ноги.

— И все твои находки, связанные с культом — всего лишь следствие вмешательства Марханы? — спросил он, прохаживаясь по спальне из угла в угол. — Она что, сама тебе о них сообщает?

Я пожал плечами.

— Как сказал один умный человек — если ты разговариваешь с богом, это нормально. Но если бог говорит с тобой — ты — безумен, — ответил ему, наблюдая, как дознаватель мечется по комнате. — Так что считай меня сошедшим с ума, если тебе так удобнее, но все сказанное мной правда.

Он дернулся, как от удара, а потом с тяжелым вздохом сел обратно в кресло.

— У тебя есть какие-то доказательства помимо печатей? — спросил он, не глядя на меня.

— Нет, да они и не требуются. Любой достаточно сильный темный маг подтвердит, что на мне действительно следы прикосновения Марханы. И, подозреваю, каждый увидит именно свою стихию, но не сможет разобраться с чужими. Правило одного дара, все-таки.

— Но у меня их два, — возразила доселе молчавшая Дия.

— Ты не человек, — вяло отмахнулся Хэммет. — К тому же родовые способности — это не дар. Любая королевская семья обладает усиливающими основной дар умениями. Равен Второй, например, может гореть без применения чар. И никакие блокираторы не удержат его родовой способности.

— Культивация путем тщательного подбора крови, — кивнул я, подтверждая слова дознавателя.

Мне об этом еще Ченгер сказал в Херцштадте. Так что ничего удивительного я здесь не видел. Обидно только, что моя древняя кровь дает лишь повышенный резерв, а не дополнительные эффекты. Меня, в отличие от того же короля Крэланда, можно оставить без чар, просто из-за договора с демоном добиться этого чуть сложнее.