Да, останется разница в виде родовых способностей, однако со временем она пропадет, так как размоется в новой крови одаренных из низших сословий.

Входя в мертвый город, где обосновалась Салэм, я предположил, что в нем возможно смертоносное излучение. И в чем-то оказался прав.

Эфир накладывает свой отпечаток на человека, и эффект усиливается с каждым новым поколением. Эта волшебная мутация не вредит в действительности, но без стороннего вмешательства необратима. Если одаренный однажды появился в роду, рано или поздно потомок получит силу.

Размышляя об этом, я потягивал остывший чай. За чертежами будущего артефакта, который перевернет все представление ордена и Эделлона о магии, я провел несколько дней, прерываясь только ради сна и еды.

Хэммет приходил каждый день, проверяя, как у меня идут дела. Параллельно Дия продавала уже заготовленные нами артефакты и зелья. Фолкс, которого, само собой, никто не трогал, пару раз пытался со мной встретиться, но бляха дознавателя быстро наложила запрет на посещения.

Отставив пустую чашку, я оглядел чертеж и отложил его в сторону. Масштабный проект, за который я бы никогда в других обстоятельствах не взялся, теперь представлял собой пятьдесят восемь листов точных исчислений и рисунков. Но эта работа завершена, все проверено на несколько кругов.

— Ну, с теорией закончили, — улыбнулся я, складывая бумаги в небольшой ящичек с печатью моей лавки.

Мудрить я не стал. В Фолкбурге уже привыкли к моим сундучкам, так что когда дознаватель получит несколько таких ящичков, никто не станет допытываться, что это за дела у меня с Аркейном. Все же и так будет ясно — Хэммет заказал через меня какие-то артефакты.

Сэдрик спустился с потолка лаборатории и повис на моем плече, как никогда похожий на настоящую летучую мышь. Маленькие глазки демона блестели в свете лампы, и я наклонил голову, позволяя своему подручному укусить себя за мочку уха. Бесенок проделал огромную работу, и когда я его отпущу, наверняка поднимется в иерархии сородичей — столько силы ему перепало в награду.

Впрочем, я ничуть не жалел, что взялся за эту задумку со «Взглядом Архонта». Зато теперь я знаю, что Хэммет не солгал мне ни словом, когда рассказывал о случившемся в Аркейне и в Крэланде. Хотя, конечно, оставалась вероятность, что дознавателя и самого водят вокруг пальца, но в это верилось с трудом — все интриганы покинули орден и теперь воюют за свой кусок земли.

Запечатав крышку ящика с документами, я откинулся на спинку кресла и потер переносицу. Сэдрик вспорхнул обратно на потолок, где в неприметном углу горел миниатюрный — всего пара миллиметров диаметром — круг «Взгляда».