— То есть, усилит контроль над моими нанитами?

— Не уверен. Но вроде того, — уклончиво ответил Док. — Согласен?

— А я копыта не откину?

— Нет. По крайней мере, не должен.

Я мысленно отругал себя. Я же пришел сюда не за этим. Совсем не за этим. Или все это самообман?

Когда я увидел, что Оайкен поглотил энергию взрыва, высосал кинетическую энергию при снайперском выстреле, что я почувствовал? Что он неуязвим? Что как ни крути, но ничего достаточно серьезного противопоставить ему мы не можем? Мы беспомощны, беззащитны. Да, пожалуй, в самую точку.

— Барнс, сколько до точки? — я выглянул в салон.

— Сорок семь.

— А по времени?

— Около часа.

— Этого хватит? — я обратился к Крейну.

— Да. Должно хватить.

— Тогда приступай, — я поразился собственной решительности.

Выезжая из бункера, я вообще даже и не думал о том, чтобы взаимодействовать со свихнувшимся доктором. Но затем почему-то пришел к нему сам, согласился на безумную авантюру… А вообще, мое ли это было решение?

Не скрою, я боялся. Сомневался.

Но мне было любопытно, очень любопытно.

Док оперативно зарядил автоматический инъектор, обошел меня, откинул ворот комбинезона.

— Алекс, ты даже не представляешь, на пороге каких возможностей ты стоишь! — возбужденно пробормотал Док, затем быстро поставил мне укол.

Накрыло меня просто адски…

Легкий холодок, расползающийся во все стороны, достиг мозга и тут началось… Голова взорвалась болью, в глазах заплясали разноцветные огоньки. Я охнул, схватился руками за лицо и вдруг ощутил, что оно мягкое, какое-то влажное.

Док пропал из виду. Пространство заплясало, куда-то скакнуло. Какой-то жесткий толчок, удар.

Я оказался на полу, но перед собой увидел только какую-то мутную пелену. Попробовал крикнуть — не получилось. Какое-то мычание. Снова толчок.

Почувствовал, что меня что-то ухватило за плечо, подняло. Усадило на стул.

В поле зрения показалось размазанное лицо Крейна. Глаза были черными.

— Алекс? Ты меня слышишь? — голос доносился откуда-то издалека.

Я неуверенно кивнул. Облокотился о спинку.

— Эй! Как себя чувствуешь? — он резко шлепнул меня по правой щеке. Затем по левой. Вроде помогло.

— Ну? Да не молчи, ты Алекс! Бля!

Я не ответил. Рассеянно покачал головой. Отмахнулся.

— Так, ладно. Сейчас проверим!

Он взял мою ладонь, откуда-то извлек скальпель и сделал быстрый разрез на коже.

Странно, но я даже не отдернул руку, а может даже и боли не почувствовал. Я вообще ничего не ощущал, и от этой мысли мне стало страшно.

Лицо Крейна постепенно приобретало очертания, становилось более четким. И в какой-то момент я разглядел, что он полностью обескуражен.