Я даже не понял, как получилось, что последний противник рухнул на колени, простреленный насквозь очередью из импульсной пушки. Ава, подключенная к Барнсу и Ферту, считывала их мысли, преобразуя в команды бронескафа. То, что видел я, видели и десантники. Это напрямую учитывалось в ходе построения боевых алгоритмов. Сложнейший высокоточный процесс. И нельзя не признать, что это было эффективно.

Ава успешно справлялась сразу с несколькими потоками постоянно меняющихся входящих данных, просчитывая варианты и принимая меры, одновременно слушая мои, пусть и не всегда, но эффективные команды, при этом забирая на себя управление «Таурином».

— Все, что ли? — на удивление спокойным голосом произнес Барнс.

Я судорожно выдохнул.

— Ну, что там? — впервые за все время, я услышал голос Анны. Она нервничала. Ничего не видела и потому, не находила себе места.

— Нормально, — вздрагивая от лошадиной дозы адреналина в крови, пробормотал я. — Но это еще не все!

Осмотрелся. Самого Оайкена нигде не было видно. А вокруг только одни трупы. Некоторые целые, другие — разорванные на куски.

— Ава, где Док? — торопливо спросил я. — Жив?

— Кажется, он погиб. Сигнал проходит не полностью. Его бронескаф проплавлен сразу в шести местах. Недостаточно данных для анализа.

Слева от меня была обрушившаяся куча металлолома, под которой и покоился старик Крейн. Я нерешительно направился к ней, но меня остановил Оайкен.

Он уже не стоял там, где я увидел его изначально.

Теперь он находился среди ящиков, какого-то оборудования и мусора. Весь его вид был спокойным, сдержанным. Кажется, тот факт, что я перебил всех его уцелевших соратников, самого Оайкена никак не беспокоил.

Наверняка он пытался поговорить со мной. Слов я не слышал, а вот какой-то невнятный гул в голове реально был — защита просела? Эффект «квантаниума» терял свойства?

Я откинул забрало шлема.

— Закончил? — поинтересовался тот.

— Тебе мало? — парировал я.

— Не важно. Тебя не спасет, ни энергетическое поле, какое Доминион позаимствовал на одном из сбитых им наших кораблей… Ни этот искусственный интеллект, постоянно вмешивающийся в ход боя. Ни новая броня.

— А что же меня спасет? — ухмыльнулся я.

— Думаешь, Доггер только прорабатывал план вторжения?

— У него в голове было много идей, — возразил я, готовясь к какому-нибудь фокусу. — Откуда мне знать, что он там для тебя делал?

Я медленно двинулся к нему, на что он никак не отреагировал. Опасный противник, от которого можно ожидать чего угодно. Наверняка у него припасено много чего, что гарантированно уничтожит меня. Но чего он медлит? Хочет, чтобы я подошел ближе? Хорошо, не вопрос.