— Знаю. Но, пожалуй, даже такое оружие здесь будет бессильно.

— Чушь! — рассмеялся Фрог. — Да всего пять-шесть боеголовок способны расколоть спутник пополам!

Барнс не стал рассказывать ему про Оайкена и его псиоников, способных поглощать любую энергию. Все равно не поймет. Вместо этого, сержант быстро сверился с координатами, затем встал и вышел из кабины.

— Я посмотрю, что из оружия есть на борту. Если что, маякни.

Оружия здесь нашлось много, но все оказалось однотипным — только импульсные винтовки «LR-24», да рельсотроны «ТОР-02». Неплохие образцы оружия, но для обстановки сложившейся на Каллипсо, явно нужно что-то помощнее.

— Подлетаем! — сообщил Фрог через несколько минут. — Я зависну метрах в ста, может, сначала установим связь?

Барнс кивнул и попытался вызвать на связь Раттлера.

— Майор Раттлер, прием. Вызывает сержант Барнс, прием! Командир?

Бесполезно. Только шумы, помехи.

— Опять электромагнитные возмущения? — спросил десантник, вопросительно взглянув на пилота.

— Нет, здесь все чисто. Возмущений минимум.

Барнс подумал, что это неспроста — связист Раттлера должен постоянно находиться на посту… Неужели, что-то произошло? Конечно, бункер неплохо защищен, но даже самую лучшую защиту можно уничтожить. Доминаторы прорвались или еще какая-то проблема? А может, обезвреженного «Тирана» не удалось успокоить и он разнес все вокруг? Или пришельцы все-таки нашли убежище? Но сами-то гермоворота целы!

Что толку гадать?

— Раттлер, прием. Вызывает Барнс! — сержант предпринял еще одну попытку. — Ферт? Лейтенант Красс? Черт, ну хоть кто-нибудь! Виктор! Крейн! У меня есть транспортный корабль! А-а, дерьмо, а не связь!

Вдруг, в эфире подозрительно затрещало, защелкало. А затем оттуда послышался знакомый хриплый голос, полный едва скрываемого торжества.

— Корабль? Тогда веди его сюда, сержант!

— Кто это? — напрягся Барнс.

— Это полковник Тангер! Приказываю тебе посадить пташку!

* * *

Я сел на крышку автоклава, сконцентрировался. Заставил нанитов усиленно регенерировать мне поврежденное бедро и кисть. Это оказался не перелом, но сустав неслабо раздолбало. Минут пятнадцать мне понадобилось для того, чтобы привести себя в порядок. С бедром было проще — задело только мягкие ткани, а такое наниты лечили наиболее успешно.

С Анной все было хорошо. Ее рана практически полностью зажила, но шрам остался. Одежды для нее здесь не нашлось, поэтому все, что я смог, это разорвать свой комбинезон на две части, отдав половину ей. На первое время сойдет. Полупрозрачные полоски ткани, как бы это, мягко говоря, почти ничего не скрывали.