Не чувствую запахов, не осознаю звуков. Моё внимание полностью фокусируется на сознании. Мышцы начинают сокращаться. Мы вместе увидели звёзды и посетили высшую точку.

Архангельский обессиленно склоняется к моему лицу и поцеловал кончик носика, вложив в своё касание всю нежность, благодарность и …желание. –Спасибо тебе, родная. Я тебя люблю.

– Я тебя люблю, – слова, тихо произнесённые Архангельским, звонко, хлёстко ударяют по ушам. Хочется расспросить обо всём, уточнить и убедиться, что он признался осознанно, а не под воздействием эмоций или того хуже, вина.

Но сознание проясняется, и разум рекомендует дождаться утра, пусть страсти улягутся и тогда ты развеешь сомнения и, возможно, услышишь столь важное для тебя признание.

Лучи солнца проникают в окно, заставляя открыть глаза и пробудится от сна. Слышу дыхание Архангельского, ощущаю тёплую кожу, провожу рукой по обнажённой груди и сонно проговариваю, с лёгкой хрипотцой, – доброе утро!

– Доброе утро, виновница моего опоздания на встречу с важными заказчиками, – мягко поведал мне Архангельский. – Ты оккупировала мою грудь, словно захватчик не выпускала тело, ну а я, как презренный раб, не смел побеспокоить беспечный сон своей королевы, – пояснил мужчина, натолкнувшись на мой испуганно-удивлённый взгляд.

– Дурак, – весело хихикнула я и стукнула кулачком по накаченной груди Архангела.

– Милая, мне действительно, пора. Сегодня назначена встреча, я очень долго её добивался, поверь мне, очень хочется продолжить начатое, но вынужден тебя покинуть.

– Лёша, сегодня выходной, – с сожалением констатирую я и отстраняюсь от Архангела, позволяя ему встать с кровати.

Архангельский огорчённо пожимает плечами, приближается ко мне, проводит носом по плечу и бегло целуя кожу, выдыхает, – работа.

– Иди, иначе одним поцелуем ты не удовлетворишься, а времени у тебя и так впритык, – игриво улыбаясь, командуя, уклоняясь от его губ.

Архангельский с грустным видом, беспрекословно выполняет мои указания, быстро покидает комнату и скрывается в ванной.

– Да, поговорить, видимо, сегодня не удастся. Вот как теперь требовать объяснений. «Люблю тебя», – невольно вспоминаю долгожданную фразу.

– И я тебя люблю, – машинально повторяю я, адресуя послание мужчине, который беспечно принимает душ и даже не догадывается о моих душевных терзаниях.

Неожиданно моё внимание привлекает звук телефонного звонка, перевожу недовольный взгляд на объект раздражения, затем метаю глаза в сторону настенных часов и гневно выкрикиваю, – восемь утра. – Суббота, кому не спится в такую рань. Изверги!