– Архангел сможет постоять за себя, – уверенно заявляет водитель. – Нам нельзя возвращаться, это опасно. Сейчас едим в надёжное место и в спокойной обстановке решим, что делать дальше.
– Какое, на х.й, надёжное место? – яростно выкрикиваю я. – Архангельский мне башку «оторвёт», если не обнаружит во дворе.
Мои глаза расширяются, беззвучно раскрываю рот и машинально, приподняв брови, прижимаю ладонь к губам, сдерживая оглушительный крик, который вырывается из моей груди.
Кажется, что дыхание останавливается, а вот сердце, наоборот, ускоренно набирает обороты и начинает болезненно ударяться о рёбра, кожа бледнеет, ещё мгновение и наступит обморок. Мышцы тела дрожат, во рту появляется сухость. Немного успокоив паническую атаку, убираю руку от лица и требовательно прошу, – пожалуйста, останови машину. Давай здесь всё спокойно обсудим. Нет, лучше отвези меня в особняк Архангельского, – мгновенно меня план действий.
– Нельзя, этот человек, что преследовал тебя, профессионал своего дела, – объясняет мужчина, причины отказа, – есть вероятность, что у дома Архангельского нас ожидают. Нельзя рисковать. Доверься мне.
– Довериться!?– задаюсь вопросом и, обхватив руками трясущиеся плечи, подумала, – вот они превратности судьбы.
Пару минут назад всем сердцем желала находиться как можно подальше от Архангельского и считала его самой страшной угрозой, а сейчас безумно желаю оказаться в его объятиях, признавая, что только он способен защитить меня. Самое безопасное место, это руки папы, – вспомнила фразу, которую Лёша произнёс Варваре.
– Как же я хочу оказаться в твоих объятиях, только тебе могу довериться, – слабо слышно, простонала я.
И вновь состояние обречённости накрывает меня.
Говорят, дважды в одну реку зайти нельзя, а мы и дважды зашли и трижды, и четырежды и ещё по всем граблям, что там были прошлись и ещё ни раз зайдём, а к граблям давно привыкли и их не боимся, а наоборот гордимся.
Глава 24. Архангел
– Всеволод Анатольевич, – грозно обращаюсь к начальнику охраны и недовольно смотрю на лестницу, по которой так стремительно убежала Наташа.
Разум твердил, что девочка не сбежит, не посмеет ослушаться меня и вовсе не из-за страха, она не рискнёт оставить дочь, Варвара крепко-накрепко связала нас неосязаемой нитью, толще любой цепи.
Тяжело выдохнул. Надеялся, что кроме Варвары нас связывает что-то ещё…Пусть не любовь. Пусть страсть. Желание. Этого на первое время хватит, а дальше время покажет!
Чёрт! Эта Наташка все нервы мне выкрутила…Самая настоящая зараза, ноющая заноза в моём сердце. За все мои грехи мне послана.