Все эти утверждения разбивались о холодную стену, воздвигнутую Архангельским…

Он так и не научился контролировать своим вспыльчивые, агрессивные эмоции, само понятие как «взвешенный анализ» ему было чуждо.

– Ты садист, ненавижу тебя, – отчуждённо высказала своё мнение.

Мой взор стал неподвижным, глаза устремились на застёжку курки, которую я судорожно дёргала из стороны в сторону.

– Выходи, – и снова рык Архангельского раздался в салоне автомобиля.

Решила больше не испытывать судьбу, медленно покинула транспортное средство и шатающейся походкой, направилась к Архангельскому, искоса посматривая на автомобиль, который стоял позади.

Именно в нём находился Сергей, но Архангельским веданным только ему причинам, не позволял ни ему, ни охране покинуть машину.

– Ты узнаёшь имена людей, которые помогли мне, если дашь слово, что не тронешь Воробьёва, – решительно без доли сомнения заявила я.

В данный момент руководствовалась чувством страха за своего друга.

Сознание подсказывала, что я должна заинтересовать Архангельского, сделать предложение, от которого он не сможет отказаться.

Параллельно понимала, что нельзя спасая Сергея, подставлять Ангелину. Чёрт…Стояла на перепутье и не знала, что делать. Нервно дышала, судорожно изобретая план действий. Дура! Прежде чем прыгать в самолёт и мчаться сломя голову навстречу своей погибели, должна была всё продумать…

«Я выстою под гнетом, я выдержу вираж… Не дам, чтоб кто-то, где-то вдруг взял на абордаж… Нет, мне нельзя согнуться и голову сложить, а нужно улыбнуться и… жить… и жить… и жить!!!».

– Ты же уверен, что люди, которые стоят за похищением Соколовского, те же самые, что помогли мне сбежать. Давай, докажи, что жизнь друга превыше мести, и я рассекречу их имена.

Дерзко бросила вызов в лицо Архангельскому.

Играет без правил обычно тот, у кого в руках нет козырного туза.

Блефовала, осознавая, что у меня совершенно нечем крыть…

Жизнь, что ни говори, всегда ведь немножко блеф, разве не так?
Слишком короток этот игровой стол, и слишком многим не хватает фишек. И слишком плохи карты у нас на руках, чтобы успешно продолжить игру.

– Ты торгуешься за жизнь Серёженьки, используешь любые способы, в том числе подло шантажируешь, – презрительно кривя губы, отвечает Архангел. – Ты смеешь говорить, что я бездушное существо, а ты кто? Лицемерка, спасающая шкуру своего любовника.

– Я не буду спасать жизнь одного человека, при этом губя жизнь другого невинного человека. Запомни, если ты не отпустишь Серёжу, – яростно указываю рукой на стоящую позади машины, – я не произнесу ни слова, ты упустишь время, и неизвестно к чему это приведёт. Для Романа сейчас каждый миг дорог, а ты и так слишком много времени потерял, воплощая в жизнь свои мстительные планы.