– Ну сучка, сейчас ты за всё ответишь

– Пошёл ты животное! – выкрикивает бойкая стерва.

Мгновенно хватаю за белые трусики и начинаю стягивать, девушка машет ногами пытаясь меня побольнее ударить, ткань трещит, и наконец-то рвётся.

– Не надо! Нет! – В голосе Наташи слышаться нотки отчаянья, но слишком поздно умолять зверя остановиться.

– Раньше надо было думать, – придавливаю коленом бедро девушки и отвожу вторую ногу.

Плотоядно рассматриваю оголённую женскую плоть, невольно любуюсь лепестками половых губ. Хочется прижаться губами к этому нетронутой ценности, но стоящий колом член, и дикое желание овладеть этой визжащей сучкой пересиливает, и я устраиваюсь между её ножками.

– Б..ь, успокойся. Я всё равно тебя трахну.

Как же она забилась! Стала буквально подбрасывать меня, но надолго её не хватило.

– Аааа! Мама!

Я хотел что-то ответить на крики Наташи, но меня накрыло таким наслаждением, что перехватило дыхание. Я чувствовал, как член прорвал плеву и раздвинул стенки девственной плоти. Сопротивление сразу прекратилось, она даже не кричала, просто ревела. Я лёг на сломленную малышку и продолжил вонзать в её нежное тело.

Она опьяняла похлеще любого алкоголя, дурманила, страсть охватила меня, но всё же я смог побороть безумное желание и действовал максимально аккуратно.

Целовал её заплаканное лицо, ощущая горькие, соленоватый вкус слёз.

Девушка тихонько всхлипывала, и я вдруг ощутил себя самым настоящим подонком.

В её жизни уже не будет постели в лепестках роз, первого секса с любимым парнем, а может быть и мужем. Она отдала свою невинность какому-то мерзавцу, недавнему зеку.

Я целовал вздрагивающие губы и гладил её как ребёнка по голове.

– Ну всё. Всё. Это только первый раз больно.

–Вытащите его. Пожалуйста...

– О! Уже "пожалуйста". Совсем поплыла, малышка, – свирепо подавил сожаление и напрочь убил чувство вины, вспоминая, как совсем недавно она с отвращением смотрела на меня.

Дурман медленно растворялся, чувство наслаждение и удовлетворения улетучивалось, на их место приходило мерзкое, гадкое ощущение.

Плавно отстранился от девушки и, присев на кровать неспешно начал изучать её истерзанное, измученное тело.

– Ты сама виновата, – заявил я, пытаясь оправдать свой непростительный поступок. – Я хотел по-хорошему.

– Отпусти меня, – отрешённо пробормотала она.

Конечно, я не удовлетворился несколькими минутами наслаждения, но продолжать терзать её невинное тело, больше не мог.

– Почему ты такая? – Мои пальцы всё грубее мяли изгибы Наташиного тела, когда они приближались к её кровоточащей плоти, она начинала дрожать и просить не трогать. От её молящих слов ко мне возвращалось чувство жестокой реальности. – Наташа, у нас всё могло бы быть по-другому, –взял ключ и расстегнул наручники.