83 То, что со всей жестокостью вскрывается при безумии, в случае невроза остается на заднем плане, однако продолжает воздействовать на сознание. Когда же анализ проникает в глубь феноменов сознания, он обнаруживает те же архетипические фигуры, которые вызывают бред психотиков. Наконец, существует несметное множество литературных и исторических примеров, доказывающих, что архетипы свойственны абсолютно нормальным типам фантазии, которые отнюдь не являются чудовищными последствиями умопомешательства. Патология заключается не в наличии таких идей, а в диссоциации сознания, которое уже не способно управлять бессознательным. Во всех случаях диссоциации возникает необходимость интеграции бессознательного в сознание. Это синтетический процесс, который я называю «процесс индивидуации».

84 Фактически, этот процесс следует естественному течению жизни – жизни, за время которой индивид становится тем, кем он всегда был. Поскольку человек наделен сознанием, развитие такого рода происходит не столь гладко; нередко возникают вариации и нарушения, ибо сознание снова и снова отклоняется от своего архетипического, инстинктивного основания и вступает в противоречие с ним. Тогда возникает необходимость синтеза двух позиций. Это эквивалентно психотерапии даже на примитивном уровне, где она принимает форму реституционных церемоний. Примерами могут служить идентификация с предками у австралийских аборигенов в периодalcheringa , идентификация с «сынами солнца» у индейцев Таос-Пуэбло, апофеоз Гелиоса в мистериях Исиды и так далее. Соответственно, терапевтический метод комплексной психологии заключается, с одной стороны, в возможно более полном доведении до сознания констеллированного бессознательного содержания, а с другой – в синтезе этого содержания с сознанием. Поскольку, однако, цивилизованный человек обладает высоко развитой способностью к диссоциации и часто пользуется ею, дабы избежать всевозможных рисков, возникают определенные сомнения, что за осознанием последуют надлежащие действия. Наоборот, мы вынуждены считаться с исключительной неэффективностью осознания и, следовательно, прикладывать все усилия, дабы применить его результаты наилучшим образом. Сам акт осознания, как правило, этого не предполагает и не содержит в самом себе никакой моральной силы. В таких случаях становится ясно, в какой мере излечение неврозов представляет собой моральную проблему.

85 Так как архетипы, подобно всем нуминозным явлениям, относительно автономны, их рациональная интеграция невозможна. Для интеграции требуется диалектический метод, то есть истинное примирение с ними. Последнее часто происходит в форме диалога, в рамках которого пациент, даже не подозревая об этом, прибегает к алхимическойmeditatio — «внутренней беседе со своим добрым ангелом»[46] . Данный процесс обычно протекает бурно, с многочисленными взлетами и падениями. Он выражается или сопровождается сновиденческими символами, связанными с «représentations collectives», которые с глубокой древности отражают психические процессы трансформации в виде мифологических мотивов[47] .