В одном она была уверена: он ещё жив. Его ИН по-прежнему действовал, его детище, институт «Микрон», по-прежнему функционировал, а сам его дом не выглядел заброшенным. Но встретиться с ним она была должна. Но как⁈ Прилететь прямо к его дому, попросив разрешение на посадку? А если его там не окажется? А если он не разрешит посадку⁈ Нет, так рисковать Вика попросту не могла. Да, конечно, можно было бы организовать с ним встречу через Петра Пионова, лидера её клана. Все говорили, что он чуть ли не единственный, с кем создатель Лешака Йорского общался и в реале. Но Лид практически перестал бывать в «Эре героев». А беспокоить его в реале Вика ещё была не готова. И вот что ей прикажете делать со всем этим⁈

Зайдя в свою комнату, Вика с удивлением посмотрела на фигуру в современной лёгкой броне и маскировочной накидке, стоящей у окна. Мужская фигура, среднего роста. И с плазменным пистолетом в руке. Не парализатором. Мысли понеслись вскачь, а вот само тело буквально одеревенело. Ни пошевелиться, ни сдвинуться с места. Глупое состояние, словно кролик перед удавом застыла.

— И что, даже визжать не будешь? — искажённым специальными фильтрами голосом спросил мужчина.

И Вика отмерла. Как будто что-то в голове щёлкнуло. Убивать не будут, похищать — тоже. Убивают — сразу. Похищают — неожиданно. Значит, бояться нечего. Пройдя вперёд и присев на пуфик возле туалетного столика, Вика ответила:

— Не вижу необходимости. Охрану вы прошли, значит, их звать бесполезно. Камеры, скорее всего, тоже выведены из строя. И у вас было несколько секунд, чтобы меня убить. Значит, вам нужна не моя жизнь. Чего вы хотите?

— Да уж, истинная княжна, — хмыкнув, сказал мужчина. — Хочу показать тебе кое-что.

Перед Викой тут же появилось виртокно с остановленной голозаписью. На которой девушка с удивлением увидела Мишу Медведева, её старого знакомого. Привязанного к больничной койке мягкими, но прочными лентами. Надо же, кто-то посмел с ним такое учинить, даже зная, кто его отец? Что же с Мишей произошло? И этот странный внешний вид. Светло-карие глаза, которых он так стеснялся в юности, сейчас были ярко-жёлтыми и как будто светились. Сенс⁈ Да быть того не может! Миша — сенс⁈ Быть того не может! Так вот почему он пропал тогда! Дар поздно проснулся, понятно. И у кого он? СЧС? Или в их Институте?

— Узнала, хорошо, — без всяких эмоций сказал мужчина. — Тогда слушай.

И Миша на записи отмер, начав с жаром доказывать свою точку зрения невидимому оператору.

— … Да не найдёт его никто и никогда! А даже если и найдёт? Ты думаешь, твой Лёха ещё с ума не сошёл? Сколько времени он не на связи? Три месяца, так? Так. И ты считаешь, что он может выдержать три месяца жесточайшей ломки? Не смеши меня. Через пару недель от вас и Рокшенара останется одно воспоминание! Наследник сам уничтожит своё детище.