— Ну Консервочка, ну давай ещё раз! — взмолилась Наташа, держа в руках рукавицу из грубой ткани.

— Хватит животное обежать. — вступился я.

— Ладно. Мы будем обижать тебя! — ухмыльнулась Алиса.

— Раньше вы неплохо справлялись.

— Ну да, но мы тут сняли броню с мёртвых эльфов, и она сделана из совсем других материалов. Куртки и штаны Кон сделать смогла, а с перчатками не получается ничего. — пояснила наёмница, поднимая что-то, напоминающее рубашку. Складывалось впечатление, что её мыши выгрызли из ломтя хлеба, это было совсем не похоже на привычные бесшовные и элегантные комбинезоны, в которых мы ходили раньше.

— Мда, видок тот ещё.

— А с перчатками всё ещё хуже, больше трёх пальцев у нас ни разу не получалось. — вздохнула Алиса.

— Хорошо, давайте посмотрим, что можно сделать.

Я прикоснулся к нагруднику, снятого с эльфа, и вообще не понял, из чего он. С виду был похож на кожаный, с металлическими заклёпками, но это было не так. Кон подсказала мне, что нужно откусить кусочек, чтобы понять лучше, но я не понял, говорит она про своё поглощение души или про вытягивание маны. Кстати, душу с помощью вытягивания трогать всё равно невозможно.

Я попробовал вытянуть ману, и чуть не выблевал весь свой завтрак. А ещё лишился двадцати единиц маны моментально. Если каждый объект имеет свой вкус, то эльфийская броня была смесью гнили, фекалий и яда — иначе трудно описать то, что я почувствовал. Но маны в ней было куда больше, чем в том, что я создавал материализацией. Почувствовав мои эмоции, Кон сказала, что я — глупый лисёнок, и ничегошеньки ещё не умею, а ещё — пожалела меня.

— Короче, я не знаю, как ей это удалось, но ничего лучше мы в ближайшие недели создать не сможем. Надевайте то, что сделано, а остальное возьмём из старой одежды. — с этими словами я материализовал три пары перчаток разных цветов.

Так, одетые в какую-то мешковину, которую при этом не могла разрубить даже Наташа эльфийским мечом, мы появились на окраине лагеря рабовладельцев. Внутрь этой территории я не мог открывать тоннели — особых правил, как у Лукина, здесь никто не вводил. Зато в этом лагере имелись охранники — симпатичные молоденькие девушки. Две из них как раз уставились на меня.

— Ты их знаешь? — поинтересовался я у наёмницы.

— Нет. Эй, мелкота, Виталика позовите! — крикнула им Наташа. Они переглянулись, и одна из них ушла, ни слова не говоря.

— Может, будем чуть вежливее? — предложила Принцесса.

— Да ну. Я бы вообще открыл тоннель до биореактора, как только увижу главного рабовладельца.

— Кто сказал «рабовладелец»!?! — послышался голос из-за палатки.